Райан Миллер открыл рот только затем, чтобы представиться, а потом слушал рассказы других, втянув голову в плечи, локтями опершись о колени: тошнота и боль в висках одолевали его. С этими людьми у него было больше общего, чем он подозревал до прошлой ночи, когда в минуту рассеяния или раздражения сделал первый глоток и снова стал на какое-то время могучим, непобедимым мачо из своих юношеских фантазий. Как мужчины и женщины, окружавшие его, он тоже был заточен в своем теле, тоже трепетал перед врагом, притаившимся внутри и ждущим только случая, чтобы все разрушить; врагом столь осторожным, что Миллер почти позабыл о его существовании.
Виски, подумал он, этот его золотистый цвет, эти солнечные блики; а как восхитительно позвякивают в бокале кубики льда! Вспомнил и пиво: мускусный запах, мелкие пузырьки, легкая пена."
"В чем же я оступился? — спросил он себя. Всю жизнь он тренировался, стремясь всех превзойти, укреплял дисциплину, учился владеть собой, боролся со слабостями, но в самый неожиданный момент враг вылезал из берлоги и набрасывался на него.
Раньше, когда у него был повод, вроде одиночества и несчастной любви, чтобы поддаться искушению и на какое-то время забыться, опрокинув стакан, он соблюдал трезвость. И никак не мог понять, почему сплоховал сейчас, заполучив все, чего только мог пожелать. Вот уже две недели он был счастлив и доволен собой. То благословенное воскресенье, когда он наконец смог сжать Индиану в объятиях, изменило его жизнь, он всецело отдался волшебству любви и удовлетворенного желания, чудесному ощущению того, что он любим и не покинут; ощущению иллюзорному — что он навсегда искупил все свои грехи и излечился от всех своих ран.
«Меня зовут Райан Миллер, я — алкоголик», — повторил он про себя, чувствуя, как в глазах закипают слезы, и им овладело непреодолимое желание бежать из этого места, но Индиана положила руку ему на плечо и удержала. Когда через сорок пять минут все направились к выходу, некоторые дружелюбно хлопали его по спине, прощались, называя по имени.
Миллер не отвечал.
В полдень Индиана и Райан отправились на пикник в тот же самый лес вековых секвой, где две недели назад их застигла буря, благодаря которой они обрели друг друга в любви. Погода была неустойчивая, порой слегка моросило, порой облака расходились, и робко выглядывало солнце. Райан принес сырую курицу, лимонад, уголь и кость для Аттилы; о сыре, хлебе и фруктах позаботилась Индиана.
