В последние дни он спал урывками на диване в своем кабинете, питался кофе и бутербродами, за неимением времени не ходил в спортзал, отчего тело потеряло гибкость, стало жестким, как рыцарские доспехи; его настолько все на свете раздражало, что собрание закончилось криком. Он ненавидел Лоррейн Баркотт, женщину, обиженную жизнью, а Наполеон с его маниями сводил его с ума. Услышав голос Аманды, который до сих пор, как в прежние времена, был способен тронуть его сердце, инспектор немного успокоился.
— Ты что-то хотела мне сказать? — спросил он у дочери.
— Сначала выкладывай, что нового у тебя.
— Трейлер Фаркашей стоит у нас на складе с декабря, но никто не исследовал его, в департаменте есть дела более неотложные. Мы отдали на анализ остатки джина из бутылки, которую нашли внутри, и оказалось, что в него добавлен ксанакс. И знаешь, Аманда, что мы еще нашли?
— Плюшевого волчонка, — отозвалась она.
— Альбом с фотографиями мест, где побывали Фаркаши: они разъезжали по разным штатам до того, как обосновались в Калифорнии.
Там была любопытная почтовая открытка, подписанная братом Джо и датированная четырнадцатым ноября прошлого года: человек, пославший ее, предлагал встретиться в Сан-Франциско в декабре.
— Что же в ней любопытного?
— Два пункта. Первый: на открытке изображен волк. Второй: брат Джо утверждает, что никакой открытки не посылал.
— Иными словами, Волк назначил встречу, чтобы убить их."
"— Очевидно, так; но как доказательство эта открытка не сработает, любое мало-мальски дотошное расследование наши доводы отметет.
— Добавь к открытке ксанакс и полнолуние.
— Скажем, Волк явился в трейлер под каким-то предлогом и определенно принес им бутылку в подарок, зная, что они — пьяницы. В джине был растворен наркотик. Он подождал, пока они не вырубятся, где-то с полчаса, открыл вентиль газового баллона и ушел восвояси. Бутылку оставил, чтобы сложилось впечатление типичного несчастного случая с перепившейся парой: в точности это и подумала полиция.
— Это не приближает нас к Волку, папа.
Чтобы спасти маму, нам остается тридцать девять часов.
— Знаю, дочка.
— У меня тоже есть новости, — сказала Аманда с воодушевлением, которое инспектор за последние недели научился ценить.
Новости дочери его не разочаровали. Главный инспектор тут же позвонил директрисе службы защиты детей, и та направила ему с курьером досье Ли Гэлеспи, которое Анжелика Ларсон собрала за те семь лет, когда осуществляла над мальчиком опеку.
