Играй!

– Хорошо, – глубоко вздохнув и про себя досчитав до трех, продолжил мистер Уилсон. – Итан?"

"– Он забрал мою копию Тадж-Махала из бумаги и сжег ее на уроке химии.

– Лиззи?

– Его друзья облили меня водкой, и мама на два месяца посадила меня под домашний арест, потому что думала, что я хожу по тусовкам вместо школы.

Мистер Уилсон, не теряя надежды, обратился к Томасу, который обычно поддерживал любые его начинания, но в этот раз даже он отказался, пробормотав что-то в оправдание; затем он повернулся к Юте, но тот только качнул головой – ему можно было не озвучивать причины, Юта был наполовину японцем, и это давало некоторым отморозкам огромное количество поводов для насмешек.

Несмотря на то, что Джонатан Уилсон был в глубоком шоке от того, что Теодор и его дикие друзья творили за спиной учителей, сделать он ничего с этим не мог – Тео уже был наказан, а отчислять его не стали бы в любом случае.

– Марк? – совершенно сдавшись, просто для приличия позвал он, и мальчишка вылупил на него огромные голубые глазищи, которые словно стали еще больше.

– Я его боюсь, – шепотом признался он, и Теодор, не выдержав, начал громко хохотать, отчего бедный Марк стал белее мела.

– Кристофер! – с трудом перекричав хохот, мистер Уилсон обратился к последнему участнику кружка, и смех Теодора оборвался так же резко, как начался. Но лишь сам Теодор знал, что его сердце тоже стремительно оборвалось в этот миг.

Названный парень поднял глаза от книги, в которую погрузился настолько, что пропустил все происходящее.

– Что?

– А что тебе Теодор сделал плохого?

Кристофер перевел на Теодора безучастный взгляд, словно бы задумываясь, а потом посмотрел на учителя.

– Ничего, – спокойно ответил он.

Мистер Уилсон, которому это все порядком поднадоело, зацепился за последнюю возможность, которую решил не упускать.

– Так, все свободны, Теодор и Крис, останьтесь, – раздал указания он. Ребята шумно собрались, прощаясь и сочувственно поглядывая на растерянного Кристофера.

Итан и Томас встали от него по обе стороны, подхватывая под руки и практически неся к выходу, и когда дверь за нестройной процессией закрылась, мистер Уилсон решительно повернулся к Кристоферу.

– Мне жаль вешать это на тебя, – начал он, пока Крис с опаской поглядывал то на него, то на потерявшего вдруг всю спесь Теодора, – но ты должен помочь Теодору подготовиться к роли.