Игрок Фемиды

Под кайфом что ли? Не осознает, что должен в ноги кидаться и прощения просить?

Не осознает. Потому что характер такой. А мне нужно было, просто жизненно необходимо подрубить ему колени, потому что он сломал мои крылья. Я остро нуждалась в его боли. Очень остро. Ненавидела. И нуждалась. В его боли. Только в боли. Внутри что-то ревело и требавало его крови, острыми когтями разрушая остовы моего догорающего мира. Ревело и требовало. Его крови. Его боли.

Я прикрыла глаза, прося остановиться. Его, себя, их. Бесполезно.

Кровь кипела в жилах. Встала, насмешливо посмотрев, обошла. Перехватил за руку, попытался дернуть на себя. Пощечина с силой и страстью. С ногтями, оставившими багровые следы на скуле. Усмехнулся, но пальцев не разжал.

— Бросишь меня, когда я решил сняться с дистанции? Серьезно? Когда я готов положить мир к твоим ногам, просто поддержи меня несколько месяцев? — поднялся с кресла, наступая на меня.

Выдернула руку, отступила на пару шагов в коридор, зло улыбаясь. Он, чуть прищурившись и сжав губы, пошел за мной.

Один его шаг вперёд — полтора моих назад.

— Брошу. Мне мир твой ни к чему, когда ты сломал мой. — Глядя в напряженные глаза тихо зло рассмеялась, — Антон, я от тебя беременна. — И залетела я в Эмиратах.

Антон резко побледнел, ухватился рукой за косяк, потому что его ноги подкосились и посмотрел на меня страшным взглядом. Просто страшным. Там была гремучая смесь страха, вины, отчаяния, робкой надежды, просьбы…

— Нет, сука. Даже не думай. Это стопроцентный аборт.

 — По животному ощерилась я, когда он сделал ко мне еще один неверный шаг, почти справившись с собой. — Ты ебучий наркоман. И сидел на химии, когда я залетела…

— Лен, пожалуйста… — он просительно протянул руку, делая еще шаг. — Сейчас медицина…

— Да я даже выносить не смогу, урод, в этом ты был прав! — злые слезы скатились из глаз. — У Вадика баба была, дура абсолютная, пыталась его из наркоманского дерьма вытянуть, все лепетала, что стоит ей забеременеть, и он моментально бросит! А он сидел на химии тогда!.

. А у нее было семь выкидышей. На восьмом померла от кровотечения… Вот судьба небогата на оригинальные повороты, да? Сама залетела от наркомана!

— Лен, пожалуйста… — он старался взять себя в руки, все так же медленно шагая к отступающей спиной назад мне.

— Подойди ко мне хоть раз… Хоть раз появись на моем горизонте… — не сдержалась, всхлипнула. — Хоть раз… и я тебя сдам, долбоеба… Понял меня? Я сдам тебя ментам.