«Кажется, капитану не удалось найти приспешников…» - вскользь подумал разбойник, осмысливая услышанное.
Рассказ подтвердил возникшие у него ранее опасения.
Атака нежити, некротические рассадники, появление Дорина, всё это служило лишь одной цели - массовому ритуалу. Смысл слов Дорина об ускорении плана теперь стал понятен, а самое неприятное в этом то, что Ворон так или иначе действовал по чужому сценарию.
Возможно, изначальный план его врага заключался в том, чтобы окружить город нежитью и, после того как народ соберут в одном месте, приступить к ритуалу, и при таком раскладе роль парня была в каком-то смысле минимальна.
Но Уилл смотрел на это иначе. Произойди всё это позже, и жителей города уже вряд ли можно было бы спасти, но сейчас у них имелись довольно высокие шансы, ведь у него под рукой весьма умные ведьмы, имеющие ранг гранд-мастера.
В общем, Ворону оставалось лишь довериться братьям и сёстрам по ордену, а также святым, которые, по словам Сабины, уже решали вопрос со слугами некромантов.
Его же задача была не менее важной - не дать некроманту оторваться. Ведь, в то время как противник сидел на летающем питомце, на котором мог подняться вверх, крылья Ворона вечными не были.
Рьяное преследование разбойника не осталось незамеченным, и, полагая, что прав относительно действия неизвестного ему навыка, Дорин с ещё большей силой стал стараться увеличить дистанцию, начав по дуге подниматься вверх.
Столкнувшись с магией, которая буквально разрывала голову, не давая ему времени тщательно оценить ситуацию, он последовал древнему инстинкту, заложенному в каждом живом существе, - бей или беги.
И возможность бить у него забрали.
Желание сохранить секрет или, что более вероятно, страх того, что бессмертный посланник вполне способен испортить его долго вынашиваемый план, повлияли на рациональность некроманта и привели к той черте, где Ворон больше не мог оттягивать неизбежное.
Ещё немного времени, и Дорин, возможно, поймёт, что, помимо бегства, можно также и закрыть уши.
Это простое по своей сути действие при сопровождающем его шуме ветра, а также невнятном описании навыка, вполне может сыграть решающую роль в борьбе с [голосом правды].
Думая обо всём этом, не готовый упускать возможность убить столь надоедливого и, самое главное, опасного врага, Ворон, уже успевший активировать [ крылья], в какую-то долю секунды успел даже пожалеть о том, что не успеет задать последний вопрос.
