Игрушка для Бурого (СИ)

Поднимаю голову и встречаюсь взглядом с той самой Натали. Она сразу узнаёт меня и злорадно улыбается.

— Насосала только на уборщицу? — хохочет она.

— Никому я сосала, — сквозь зубы цежу я.

— Но-но, девочка. Тон убавь. Я — твой непосредственный начальник. Я могу превратить твою работу здесь в сущий ад, так что проявляй уважение, и всё будет хорошо. Услышала?

— Умница. А сейчас бери ведро со шваброй, и за мной.

— Куда это? — настороженно спрашиваю я.

— В холодильной камере что-то разлили.

Я понимаю, что не могу ей отказать. Поднимаю с пола ведро, бросаю в него тряпку, ей будет удобнее оттирать пятно. В карман фартука засовываю моющее средство. Иду следом за Наташей. Вспоминаю, что Светлана не успела показать мне эту холодильную камеру.

Наталья открывает мощную дверь и заходит внутрь. Камера оказывается немаленькой. Квадратов шестнадцать. Здесь холодно. От контраста температур кожа покрывается мурашками. Вони я не чувствую.

— Там в углу, — указывает Наташа на дальний угол камеры.

Я киваю и послушно иду туда. Наклоняюсь, но под полками ничего не вижу. Привиделось ей, что ли. Но тут же понимаю, что не привиделось.

Быстрый цокот каблуков. Бах! Щёлк! Из-за закрытой двери слышу мерзкий смех этой суки…

Некоторое время я стою на месте, пытаясь осознать, что заперта в холодильной камере на неопределенное время. Бегло осматриваюсь и понимаю, что внутри нет никаких датчиков и тумблеров.

Будь здесь хотя бы градусов шестнадцать, я была бы спокойна. Продержаться несколько часов до прихода других сотрудников можно. Светлана говорила, что к одиннадцати утра, обычно, доставляют продукты для кухни. Значит, мне нужно продержаться около пяти часов. Зашибись.

Мне уже холодно. Пальцы на руках покрасневшие. Я решаю всё же немного пошуметь. Вдруг кто-то ещё находится в здании.

На протяжении получаса я бью ногами в дверь, кричу, что есть сил, но толку это не приносит. Меня никто не слышит, потому что в здании, кажется, никого нет. А разве охранник не должен проводить обход всех помещений? Нужно сказать об этом Бурому, пусть проверит работу своих подчинённых.

Постоянные движения помогают согреться, но ненадолго. Спустя десять минут спокойствия я снова начинаю замерзать.