Игрушка для драконов

И кажется, что в отсутствие хозяев мебель, картины и статуэтки на каминной полке переговариваются друг с другом, обсуждая тех, кто наверху.

Спать совсем не хотелось. Я прокралась в спальню Филиппа и, игнорируя недовольный взгляд Вирты, поцеловала малыша в обе щёки. Он заворчал и перевернулся на другой бок, совсем как взрослый. Посидев пару минут, держа Филиппа за руку, я вздохнула и поцеловала его ещё раз.

Мне не хотелось уезжать не попрощавшись. К тому же, я предчувствовала, что прежде, чем мы увидимся снова, пройдёт немало времени.

Я боялась говорить себе, что, возможно, и не вернусь. Несмотря на заверения Ингвара, что слушание пройдёт быстро и кроме судий в зале никого не будет, я знала: он придёт. И Рикарда пропустят. Возможно, не только его.

Встреча с кузенами Эдрикс пугала меня. Я ещё живо помнила все их уроки и прикосновения, оставляющие на коже ощущение липкости и стыда.

И чем больше сокращалось расстояние, тем оно становилось явственнее.

— Вы ранее никогда не путешествовали поездом? — спросила меня та самая горничная с трудно произносимым именем, а по совместительству боевой Маг, когда закрытый экипаж двинулся к ближайшей станции.

Я поймала сочувственный взгляд Ингвара, сидевшего напротив. Рядом с инквизитором устроилась Клара, которая старалась вообще меня не замечать.

— Нет, я первый раз, — ответила я с лёгкой улыбкой и благодарно посмотрела на собеседницу. Она немного отвлекла меня от грустных мыслей, и я уставилась в окно, пытаясь сосредоточиться на проплывающем мимо пейзаже.

С каждым днём здесь, в северной части страны, всё больше чувствовалась осень. Она проглядывала жёлтым листом в зелённом массиве дубов и тополей, ею дышало низкое хмурое небо, словно вот-вот собиралась заплакать по ушедшему лету.

Горы остались позади, лес тоже отступил. Через час, в течение которого я изо всех сил старалась не смотреть на мужчину напротив, памятуя о цепком взгляде Клары, мы добрались до станции.

Первое, что мне запомнилось, — шум и гул, которые давили на уши. Двухэтажное каменное строение казалось живым чудовищем со множеством светящихся глаз, которые рыкало на каждого, подошедшего к входной двери.

— У них нет магических ламп, только элек-три-чес-тво. Это такой яркий свет, который не жжётся и не горит, — пропела горничная мне в ухо. — В подвале машина, которая его вырабатывает.

К счастью, внутри шум был не так слышен и не мешал разговаривать.