Игрушка для бандита

 — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо!

— А мама к тебе заходила?

— Вчера. Сказала, что у тебя очень много работы.

— Да, так и есть, — п ромямлила я.

— А когда ты приедешь? — спросил братик.

— Дим, я постараюсь, как только появится возможность… Просто сейчас…

— И тебе не до меня, да?

— Мама так сказала? — спросила я упавшим голосом.

— Ну, почти…

— Милый, я обязательно приеду, как отпустят с работы. Обещаю!!

Мы еще немного поболтали, а затем Димка сказал, что ему пора обедать, и разговор прервался.

А я сидела и глотала слезы.

Настроение испортилось окончательно, и я побрела к дому. Проходя мимо веранды, полностью покрытой растениями, услышала мужские голоса. И пошла бы дальше, если бы не застала слова, по-видимому, охранников Волкова.

— Да так себе телочка-то, — пробасил один. — Кожа да кости. Че в ней хозяин нашел…

Я замедлила шаг и прислушалась.

— А может ты плохо смотрел? — спросил второй голос.

— Плохо? Да нам эту конфету с Толиком на двоих отдавали! — расхорохорился первый. И от его слов у меня в груди аж похолодело.

— Но не отдали же, — вмешался второй.

— Ну чё-то хозяин передумал. Попугал ее просто. Но рано или поздно надоест она ему — отправит девку домой. Тогда-то и проверю хорошо ли дает. И берет, — расхохотался своей шутке охранник.

— Вы бы придержали языки, — недовольно вмешался Егор, кажется. — Волков узнает — по головке не погладит.

— А ты че, шлюшку эту защищаешь, чё ли?

— Наше дело — выполнять обязанности, а не на баб засматриваться. Волков промахов не прощает, — весомо возразил Егор.

И я была с ним полностью согласна.

— Стучать будешь? — просипел второй.

— Делать мне нечего. Я предупредил — дальше сами решайте.

Раздался шорох, и я сломя голову бросилась вперед по дороге, лишь бы не оказаться замеченной. Только в комнате почувствовала себя хоть немного в безопасности. А еще — будто в грязи выкупалась. Ведь они все знали что за человек их наниматель, и все равно считали меня шлюхой, продажной тварью. Казалось бы, какое мне дело до их мнения.

Но было гадко и мерзко. И никуда от этого было не деться…

Пока предавалась мрачным мыслям и жалела себя, позвонила мама. Не выдержала, видимо.

— Привет, мам.

— Маруся, привет! Как твои дела?

— Все в порядке.

— А что это ты невеселая такая? Не выспалась?

— Да, спала плохо, — скривилась я. Вряд ли мать оценила бы, надумай я поделиться с ней своими переживаниями.

— Ну так сейчас поспи — на готовых харчах-то живешь.

— Да, конечно, мама.