Сделала всё возможное, чтобы оказаться с ним в горизонтальном положении.
Только сейчас ситуация более пикантная. У меня подушечки пальцев покалывает от желания к нему прикоснуться, но Бурый крепко держит мои руки.
Короткий жадный поцелуй в губы, и вот он уже ведёт губами по шее к моей груди. Опускает чашечки бюстгальтера, высвобождая упругие полушария. Когда Бурый обводит кончиком языка, затвердевший сосок у меня внизу живота простреливает от желания. Сжимаю бёдра, но делаю себе только хуже.
Он ласкает одну грудь и переходит к другой, играет языком с сосками.
Я впервые в жизни так возбуждена. Я сама не знаю, чего хочу. То ли, чтобы отпустил и перестал мучить, то ли, чтобы не останавливался.
— Охуеть, какая ты чувственная, — хриплым голосом говорит Бурый.
— Ты говорил, — отвечаю я. — Ммм.
— Блять, если бы не малой через стену…
— Что…
— Ты бы голос от крика сорвала.
Он продолжает ласкать языком грудь, а его рука движется вниз, поглаживает живот и медленно проникает под пояс джинсов.
— Что ты?.
. — выдыхаю я.
— Чшш, — шипит он, проводя кончиком языка по моей нижней губе.
В это время его палец касается клитора, легко надавливает. Протяжный стон он ловит поцелуем. Жадно впивается в мой рот, трахает его языком.
Сама не поняла, как осталась в одних трусиках. То ли Бурый с меня джинсы стянул, то ли я их сняла сама.
Голова вообще не соображает. Я теряюсь в ощущениях. Новых, ярких, потрясающих, затягивающих в океан удовольствия.
Бурый продолжает ласкать чувствительный клитор, его пальцы скользят по влажным складкам.
А мне хочется большего. Сама подаюсь к его руке бёдрами.
— Осмелела, девочка моя, — хрипит Бурый. — Не пожалеешь?
— Нет, — выдыхаю я. — Ах…
Он вводит в меня один палец, а у меня темнеет в глазах. Боже, как хорошо. Я уверена, что после этого он сразу поймёт, что я — девственница. Узко у меня там. Я смотрю в глаза Бурого и вижу там только нескрываемую радость. Он, кажется, доволен, что я невинна. Следующий толчок пальцем выбивает из груди новый стон.
— Охуеть, — рычит Бурый и ускоряет толчки.
Он снова целует, ловит мои стоны. И я взрываюсь, кричу…
— Алёнка, Алёнка, проснись, — слышу голос Миши, и не сразу понимаю, что происходит.
— А, что?
— Ты кричала во сне. Кошмар приснился?
— Да, кошмар… — выдыхаю я, чувствую влагу между ног.
Твою мать… Кажется, я тронулась головой, раз вижу эротические сны с участием Бурого.
Но какой же это был сон…
Глава 17
Бурый
Хромой позвонил очень не вовремя.
