— Заткнись, Сережа! Я не знаю, как это произошло, но я не планировала заниматься с тобой любовью, сексом или проста бездумно трахаться и тем более мириться!! Неужели ты не понимаешь этого? Нервы и алкоголь сыграли свою роль, честно говоря, я даже не помню, как все произошло и мне не смешно. У меня есть мужчина и я не хотела бы его потерять. На твоем месте я бы сфокусировалась на Еве, а не на нашем мимолетном сексе, — нотки истерики проскакивают в моем монологе, держать эмоции уже нет сил.
— Вот как ты заговорила, — раздраженно отвечает, — Значит это было ошибкой? С каких пор ты трахаешься с мужиками по пьяни?
— Не смей меня оскорблять! Я тебе не какая-то потаскуха на ночь, чтобы так со мной говорил.
Вся эта ситуация абсурдна! — нервно бросаю ему в лицо.
— А кто ты? Чем ты лучше Евы или меня? Мужчина у тебя говоришь? А где он? Где твой мужчина был вчера, когда ты пила как последняя сапожница, когда садилась в мое авто, когда трахалась и стонала пол ночи напролет на моем члене? Где был твой герой??? А главное, что насчет измены? Значит только тебе нельзя изменять, а самой позволительно? Ты изменила своему принцу сегодня, дорогая.
Он простит тебя? Или будешь врать, честная ты наша."
"— Заткнись! Какой же ты гад. Я была наивной дурой, когда согласилась на эти посиделки в твоем доме, понадеялась на твою порядочность и обещание, что проведем вечер как друзья. Ты же просто-напросто воспользовался мною, напоил и затащил в постель. Сережа, да ты продумал это все и обыграл ситуацию в свою сторону, — от несправедливости я готова расплакаться.
— Сколько можно! Ты рушишь мою жизнь, ты как нарыв, как чирь, который нужно вскрыть, выдавить и не вспоминать больше. Но я каждый, мать твою, чертов раз даю тебе шанс, верю, что ты нормальный, порядочный человек. Неееет, не такой, и не был таким никогда. Ты просто наслаждаешься тем, как разрушаешь жизни, играючи. Исчезни! Просто испарись из моей жизни.
Хватаю свои вещи и выбегаю на улицу. Слезы душат, вызываю такси и через семь минут плюхаюсь на кожаное кресло около водителя, совершенно не обращая внимания на него, я начинаю рыдать.
— Все хорошо? — спрашивает он участливо.
— Все плохо, все очень плохо, но Вы ничем мне не можете помочь, просто везите молча. Спасибо.
Все двадцать минут, что мы едем, я плачу, от бессилия даже не могу сообразить, что делать дальше. Как я могла быть такой ветренной? Егор доверял мне, открыл свою душу, раскрыл свои темные стороны и тайны, согласился принять меня в нижние.
