— Твой Бельчонок не просто так трусы снял, — цежу сквозь зубы, — и сиськи вывалил тоже не для того, чтобы ими просто похвастаться.
И у меня предстает перед глазами живая и яркая картинка, как Родион сжимает белые груди и вставляет между ними свой впечатляющий член. Резко встаю, скрежеща зубами, будто это не фантазия была, а реальность, и сжимаю кулаки. Он ведь точно проворачивал с Беллой этот фокус. Между моей двоечкой членом не поелозишь.
— Сядь, Яна, — Родион поднимает взгляд.
— Почему ты не выбрал себе в любовницы кого-нибудь пострашнее? Ну или с грудью поменьше?!"
"— Давай я сразу поясню.
Я против вставного силикона и твоя грудь меня вполне устраивает, — Родион переплетает пальцы рук на столешнице.
— Босс, я мог пойти покурить? — смущенно интересуется Алекс и получает в ответ твердый кивок.
— Сядь, Яна, — повторяет Родион, когда Алекс покидает стол.
Сажусь и стараюсь не думать о груди Беллы и о том, как ее смачно и с чувством мял Родион.
— Сколько у тебя любовниц? — задаю я прямой и злой вопрос.
— Белла ведь не единственная у тебя.
Родион подпирает лицо рукой и медленно молча моргает.
— Я так и знала, что не одна! — я бью ладонью по столу и поддаюсь в его сторону. — Кобель!
— От предыдущих двух я уже избавился, если тебя это успокоит, — лицо у Родиона спокойное и не выражает эмоций.
— В смысле избавился? — севшим от испуга голосом спрашиваю я.
— Я бы сказал, расстался, но расстаются с теми, с кем было что-то кроме секса, — он постукивает пальцами по столу.
— То есть они живы? — с надеждой спрашиваю я.
— Естественно, — утомленно вздыхает Родион. — Яна, милая, ты за кого меня держишь?
— А зачем ты используешь слово “избавился”?
— Я уже пояснил.
— Ты мог сказать, — пожимаю плечами и на несколько секунд задумываюсь, — оставил их в прошлом.
— В общем, — Родион понижает голос, — нет у меня на данный момент любовниц.
Я пытаюсь сдержать в себе победоносную улыбку, но лицо против воли растягивается в ухмылку.
— И раз уж у нас тема зашла об интрижках, то я тебя предупрежу.
Посмеешь вильнуть налево…
— Охамел?! — я переваливаюсь через стол, и Родион получает заслуженную пощечину. — Я же не ты! Я мимоходом ни с кем не заигрываю и никого не охмуряю. Вильнуть налево? О, мой милый, не дождешься такой радости! Я даже в вынужденном браке буду верной, понял? И даже назло не буду изменять!
— Это радует, Яночка, — Родион улыбается и щурится. — И ты должна понимать, что я тоже не запятнаю брак изменами.
