И член у него большой, толстый и каменный. Он меня взял, нагнул и засадил по самые яйца.
— Шлюха…
— Ага, — поднимаюсь из-за стола.
Фотографирую на телефон квартиру. Сергей ходит за мной по пятам и верещит, какая я сука и стерва. Выставлю квадратные метры, на которые я потратила столько сил и нервов, дешевле рыночной стоимости, лишь бы покрыть ипотеку и отвязаться от обязательств перед банком.
— Ведь мы бы могли начать все сначала, Яна. Забыть все, что случилось за эти дни.
Забыть про его предательство, трусливый побег и как он с облегчением вздохнул, когда Родион изъявил желание пленить меня на две недели для сексуальных утех?
— А я не хочу забывать, — щелкаю по клавиатуре старенького ноутбука, подробно расхваливая район.
— Не в этот раз.
Сергей плачет. Под его всхлипы загружаю фотографии и публикую объявление. Дождаться проверки от модераторов, зарядить телефон и быть готовой к звонкам от риелторов и потенциальных покупателей. Ах да, еще предупредить начальство, что меня не будет с утра.
— Прости меня.
Задерживаю взгляд на вилке. Воткнуть бы ее в глаз Сергею, чтобы он затих и не мешал, но я выдыхаю и скрываюсь в ванной комнате, чтобы не слышать жалкие и омерзительные всхлипы. Умываюсь холодной водой и в ярости чищу зубы. Едкий ментол немного приводит в чувство.
Через час я уже оплачиваю госпошлину, а после подписываю заявление о расторжении брака твердой и решительной рукой. Сергей предпринимает очередную попытку меня отговорить, но я молча вручаю ему ручку.
Сотрудница загса, молоденькая девица с короткими кудряшками на голове, с подозрением поглядывает на опухшее лицо Сергея.
— Это вы его так? — испуганно шепчет и хлопает ресничками.
— Нет. Он упал с лестницы и приложился о косяк.
— Ясно, — она мне не верит и опять смотрит на Сергея. — Вы не согласны на развод?
— Согласен, — спокойно говорю я. — Он же не хочет, чтобы с ним побеседовал один наш общий знакомый.
Сергей ставит кривую подпись, встает и покидает светлое и просторное помещение.
Молчаливые женщины за столами провожают его взглядами и вновь утыкаются в мониторы.
— У вас есть тридцать дней…
— Спасибо, но все решено.
— Мне жаль, — девушка неловко улыбается.
— Нет, порадуйтесь за меня, — встаю и приглаживаю волосы, — это ведь начало новой жизни.
— Тогда поздравляю, — неуверенно отвечает она.
— Да молодая она еще, — сердито отзывается полная женщина за столом в углу, — все еще верит в брак и любовь. Наивная чукотская девочка.
