И, наконец, явился целитель.
– Ваше Высочество, вызывали? – тут же поклонился мне упитанный невысокий мужчина в зелёном костюме. Гастор, целитель одного из отрядов.
Я жестом указал на так и сидящего в кресле герцога, и целитель сразу направился к пациенту. Опустил руку на покрытый испариной лоб лорда, потом расстегнул на его пиджаке и рубашке пуговицы и приложил ладонь к области сердца.
– Много нервничаете, дорогой, – цокнул он языком. – А вы уже не мальчик. У самого, небось, дети взрослые.
Гастор вливал в мужчину целительную магию, и тому постепенно становилось легче.
Когда лекарь закончил, лорд Даворский уже не выглядел болезненным, даже лицо порозовело. Но на меня он всё равно не смотрел.
– Ваше Высочество, ему нужно отлежаться хотя бы пару дней. Сердечный приступ, это не шутки. Так и до удара недалеко.
– Слышали? – обратился я к герцогу. – Придётся лечиться.
Тот кивнул и всё-таки поднял на меня взгляд.
– Спасибо, Гастор. Ты нам очень помог, – поблагодарил я целителя.
– Я напишу рекомендации по лечению, – ответил он.
– Напиши, – кивнул я и добавил: – Хотя у лорда Даворского есть свой лекарь. Да и дочь у него с сильным целительским даром. Да вот представляешь, не хочет диплом получать.
– Что за глупость? – возмутился Гастор, который пару лет назад преподавал на кафедре целительства. И сам обратился к своему пациенту: – Ваша Светлость, вразумите дочь. У нас отличная академия.
Он вырвал из блокнота листок, накарябал карандашом рекомендации и, вручив их герцогу, с поклоном скрылся за дверью.
Я поднялся со своего кресла, прошёл по комнате и остановился в нескольких метрах от насторожившегося лорда.
– Значит так, – начал, опершись ладонями на спинку ближайшего стула. – Поберегите нервы, я хочу просто поговорить.
– Бросьте, Ваше Высочество, – обречённо ответил он. – Мы с вами оба знаем, что мне из этой истории сухим не выйти. Лучше озвучьте сразу свой вердикт.
Я хмыкнул, выдвинул соседний стул и сел.
– Давайте рассуждать логически, – проговорил, чуть склонив голову набок.
– Итак, ситуация: ваши солдаты приводят в ваш дом пленённого ими айва, на которого ваш начальник охраны, которого все почему-то зовут капитаном гарнизона, без суда и расследования надел рабский ошейник.
Я говорил медленно, спокойно. Такие рассуждения и мне самому помогали увидеть то, чего мог раньше не замечать.
– Да, после этого вы, как хозяин земли, на которой меня поймали, предложили мне выбор: рабство или смерть.
– Я считал вас одним из бандитов.
