Игрушка императора

А вот вместо гневного «Я убью тебя!» послышалось:

— Встань, простынешь!

Я была поражена настолько, что даже не шевельнулась…

Как завороженная смотрела в его сверкающие глаза и… и продолжала сидеть…

— Катриона, — кесарь подошел совсем близко, взял за предплечье и практически сам поднял, — что такого непонятного я сказал, что ты и не подумала выполнить?

Да как бы… мыслей вообще не было, вот и не подумала… Ох, он же мысли то ли чувствует, то ли читает…

— Второе, — вежливо пояснил кесарь.

Как весело тут жить… Так весело, что ежедневно растет желание пойти и покормить рыбок на дне озера…

— Не лучшая идея, — он улыбнулся.

Это да, его еще не докопали до нужной глубины… О чем я думаю?!

— Вопрос, — не сдержалась я, — в спальне… после свадьбы вы тоже все прочитали?

— Про Белого Духа было забавно, — кесарь продолжал загадочно улыбаться, — и предположение про испитие крови также. Про первую брачную ночь с рыжим — не впечатлило.

Я покраснела, устало посмотрела на лестницу, подумала, что еще и спуск обратно предстоит.

— На будущее, — кесарь взял мою ладонь, оцарапал кольцом и позволил каплям крови упасть на ступени, — для тех, кому я позволяю, путь в десять раз короче.

Сообщил мой… супруг и притянул пораненную ладонь к губам.

Только не думать… ни о чем сейчас не думать… Но приятно, тут не поспоришь… и губы нежные такие… если бы еще не посматривал с таким исследовательским видом… и не улыбался…

— Ты невозможна! — смеясь, заметил кесарь. — Но очаровательна!

Осторожно забираю свою ладонь и думаю… исключительно о красотах Готмира… о Готмире, а не о рыжем… Невольно вспомнились муравьи… так, я не о том думаю… И наш поцелуй в той грязной таверне… и тепло его рук, когда обнимал, и… Невольно вспомнился поцелуй с Аршханом на поляне, когда мы оживили стражников.

— Разрешу твои сомнения, — внезапно прошептал кесарь и…

Сверкающие глаза оказались совсем близко, а его губы… накрыли мои… Это было так странно, неожиданно… волнующе… И его прикосновения… легкие, дразнящие, вынуждающие приоткрыть губы, чтобы в ту же секунду этим воспользоваться, и то, что он делал… Я постанывала, уже когда кесарь игриво ласкал мои губы, но, едва проник глубже, смешивая мое дыхание со своим, мой стон отразился от стен, исчезая эхом в переходах…

Я, обиженно и возмущенно простонав, потянулась за новой порцией весьма любопытных ощущений, но, видимо, кесарь решил, что сладенького на сегодня достаточно.