Неприятная особа, живущая в полном одиночестве.
Приходится потратить около часа, чтобы добраться до многоквартирного дома, где живёт подруга. Платная стоянка оказывается забитой под завязку. На свой страх и риск я оставляю скутер рядом со стоянкой и звоню подруге, чтобы она приготовилась меня встречать. Кажется, за то время, что я ехала к ней, Ира снова успела задремать. Её голос полон сна, подруга зевает, но не отказывается приютить меня у себя.
Я осторожно поднимаюсь на нужный этаж. Ира ждёт меня у двери, держа её приоткрытой.
Словно тень, я быстро протискиваюсь в квартиру и крепко-крепко обнимаю подругу, всхлипнув от переизбытка эмоций. Ира обнимает меня за плечи в ответ.
— Что случилось, Анжела?
— За две минуты не рассказать! Может, поговорим утром? Твоя сестрёнка уже спит, да?
— Спит, конечно!
Ира прикрывает ладонью зевок и направляется на кухню, махнув, чтобы я шла следом за ней. Она достаёт заварку и набирает электрический чайник водой из-под крана, достаёт вазочку со сладостями.
Я немного успокаиваюсь, слушая спокойные звуки будней. Моя ситуация уже не кажется ужасной и безвыходной, как полтора часа назад.
— Что случилось? На тебе лица не было?
Струя кипятка заставляет чаинки взметнуться в потоке воды. Она окрашивается тёмно-коричневыми разводами, притягивая взгляд. Мне легче рассказать о случившемся, наблюдая за танцем чаинок в крутом кипятке.
Выслушав мой рассказ, Ира ахает, прижав ладони к щекам.
— Ты убежала? — уточняет она. — Не влетит ли Глебу за то, что он упустил тебя?
— Если тот влиятельный клиент будет сильно возмущаться, то Глебу точно влетит.
Но вдруг он забыл меня и переключился на другую девушку?
Мои слова звучат неправдоподобно. Я и сама в них не верю. Но мне не хочется думать, что неплохой парень нажил себе больших проблем, позволив мне покинуть клуб. Нехорошее предчувствие заставляет сердце сжаться, а потом подкатывает к горлу комком тошноты.
— Тебе страшно?
— Да, — говорю еле слышно. — Давид обязательно позвонит папе.
— Он защитит тебя. Вот увидишь! Такой произвол не останется безнаказанным! — убеждает меня Ира, смотря в упор тёмно-серыми глазами, полными надежды и веры в лучшее.
Я отвожу взгляд в сторону. Я не разделяю её позитивного настроя и уверенности в будущем. В последние полтора года в моей семье произошли кардинальные изменения. Сначала погибла мама, потом отец заявил, что я — не его дочь! Это выяснилось случайно, незадолго до трагической гибели мамы.
