Игрушка по неволе 1 (СИ)

С раздражением смотрю на услужливый персонал.

— Кто хочет меня видеть? Я занят. Личные дела.

— Знаю, Рустам Тимурович. Но Виталий Антонович говорит, что это очень важно.

— Да. Он со своей дочерью сидят за тем столиком.

Я прослеживаю взглядом в нужном направлении.

Действительно, Макаров Виталий со своей дочерью Кристиной сидят и обедают в моём ресторане. Делают вид, что увлечены беседой друг с другом.

Заламываю бровь. Макаров, конечно, видная шишка. Но не стоит приходить на мою территорию и вести себя так, словно я у них на приёме.

Наклоняюсь к Анжеле, поцеловав в губы.

— Мне нужно отойти. Подождёшь меня?

— У меня есть выбор?

— Нет. Выбора у тебя нет, крошка, — усмехаюсь. — Это по работе. Не займёт много времени…

Не знаю, зачем добавляю последние слова. Как будто оправдываюсь, что ли?!

В компании с другой девушкой я бы и вовсе не расшаркивался, а просто встал и ушёл. Но с Анжелой, с белокурой красоткой, всё происходит немного иначе.

Я пытаюсь вести себя, как обычно, но сбиваюсь. Немного, но всё же сбиваюсь в другую сторону, непривычную для меня самого.

Вместо того, чтобы подойти к Макарову, я направляюсь в свой кабинет. Лишь потом прошу, чтобы Макарова пригласили ко мне.

Приходится подождать.

Макаров изо всех сил пытается доказать собственную важность и не кидается ко мне сразу же. Выжидает недолго и лишь потом вальяжно направляется ко мне.

Он входит в мой кабинет не один, но в сопровождении своей дочери.

— Мне передали, что Макаров Виталий хочет видеть меня по очень важному делу… — недоуменно смотрю на Кристину.

Какого чёрта она здесь делает?!

Макаров помогает своей дочери усесться в кресло и занимает соседнее кресло, сложив пальцы замком. Он среднего роста, но очень крепкого телосложения. В прошлом занимался борьбой, об этом свидетельствуют его переломанные уши и немного кривой нос.

Однако спорт остался в далёком прошлом. Сейчас он — большой делец в той же сфере, что и я. Почти в той же сфере.

У Макарова — есть парочка отелей и свои рестораны.

У меня — тоже есть и то, и другое.

— Если дело важное, почему при разговоре будет присутствовать ваша дочь?

— Кристина — моя любимая и единственная дочь, — сжимает пальцы дочери. Кристина кротко улыбается отцу и чуть зазывнее улыбается мне. — Речь пойдёт и о ней тоже.

Кажется, я уже догадываюсь, что собирается предложить мне Макаров. Буду рад ошибиться. Но чутьё подсказывает, что ошибки быть не может.