Игрушка по неволе 1 (СИ)

В большом городе — как в джунглях, каждый сам за себя. Я оберегал тебя, как мог. Перед кем мог, выгораживал, но сейчас мои руки связаны. Я не хочу терять ни работу, ни жизнь, ни свою семью. Поэтому иди и делай всё, что он захочет!

Видя, что я стою и просто рыдаю, не двигаясь с места, Давид отвешивает мне звонкую пощёчину. Он встряхивает меня за плечи за плечи, выдыхая в лицо:

— Не реви. Это всего лишь мужчина. Рано или поздно это случилось бы. Не с одним, так с другим! Рустам Тимурович очень богат… Влиятелен! Девочки из клуба готовы драться за то, чтобы обслужить его.

Давид говорит, словно быть выбранной Анваровым Рустамом на одну ночь — это великая честь.

Ничего подобного! Я так не считаю. Я не хочу… и просто не могу.

— Всё ты можешь! Желание услужить мужчине у каждой из женщин — в крови, — Давид снова хлопает меня по щеке. — Скажет, горячо станцевать — станцуешь. Захочет большего — ты с радостью согласишься! Сделаешь всё так, чтобы он ушёл от нас очень довольным и захотел вернуться в клуб снова.

— Но я ещё невинна! Я никогда не была с мужчиной! — кричу из последних сил, надеясь, что хотя бы это остановит неизбежное.

— Не была с мужчиной? Тем лучше для тебя. Богатеи любят чистеньких девочек, — усмехается Давид, погладив меня по голове отеческим жестом. — Если ты ему понравишься, он сделает тебя постоянной любовницей. Ни в чём не будешь нуждаться и вытащишь из долговой ямы семью. Но если ты откажешься, ты наживёшь всем дополнительных проблем.

Я пячусь к двери, а в последний момент бегу со всех ног…

Я пячусь к двери, а в последний момент бегу со всех ног. Дверь распахивается, я выскакиваю в коридор, но попадаю лишь в руки массивному охраннику — Глебу.

— Глеб! — Давид устало растирает виски, будто у него началась сильнейшая мигрень. — Отведи Анжелу к Тамаре. Пусть переоденет, подкрасит. Словом, она должна сделать из Анжелы привлекательную девушку! Потом отведёшь Анжелу к Анварову.

Глеб крепко обхватывает меня за локоть на виду у Давида, но как только дверь захлопывается, Глеб ослабляет хватку и осторожно растирает кожу на моём локте.

— Пошли, — вздыхает он.

Охранник молча вышагивает рядом. Он изредка смотрит в мою сторону, вздыхая. Я знаю, что нравлюсь ему. Но он замкнутый и молчаливый, к тому же отношения между работниками клуба запрещены, а в другое время меня стережёт отец, контролирует каждый мой шаг.

Папа всегда был строг ко мне.