Его лицо полно тревоги, а наброшенный медицинский халат трещит по швам на его широкой спине, когда брат толкает меня в сторону кровати, громко матерясь.
— Рус?! Какого хера ты встал? Тебе лежать нужно! Как минимум сутки, без движения!
— Отпусти. Мне нужно выйти! Немедленно!
— Тебе нужно лечь! — рявкает Ильяс, силой укладывая меня на кровать. — Сестра! Сестра, мать вашу! Почему не смотрите за больными?!
Ильяс кричит так, что в ушах закладывает. Вокруг сразу же начинает суетиться медицинский персонал.
— Отвали, говорю! Я в порядке!
— И трёх часов не прошло с момента операции! — рыкает Ильяс, удерживая меня.
— Отлежишься сначала! Только потом, когда я разрешу, ты отлепишь свою задницу от больничной койки. Всё понял?
— По какому праву ты мной командуешь?! Мне уже давно не пятнадцать! — возмущаюсь.
Слабость быстро накатывает на меня снова.
— По праву старшего брата. Ты моя семья, — сжимает пальцы на плече Ильяс.
— Надо же, вспомнил! Забыл, что несколько месяцев назад ты отметелил меня?
— Всего лишь выбил зуб, — поправляет Ильяс.
— Это мелочи. Огнестрел — это другое.
— Я хочу увидеть Анжелу! Узнать, что с ней! — требую, отмахиваясь от пристального внимания старшего брата.
— Анжелу?! — недоумевает брат.
Он явно беспокоится за меня. У брата есть такая особенность — в моменты неприятности он суживает целый мир до размеров конкретной проблемы, чтобы решить её, и не видит ничего за пределами цели.
— Да, мою Анжелу! Жену, млять, не тупи, Ильяс!
— А-а-а-а, ту самую Анжелу, — хмыкает брат, явно пропуская слово ""проблемная"".
— Извините, можно мне подойти к нему? — слышится сладкий голосок.
Он словно райский мёд для моих ушей. Я балдею только от одного звука и, даже не видя Ангелочка, готов улететь в нирвану.
Анжела быстро обходит Ильяса и наклоняется надо мной. Светлые волосы щекочут моё лицо. Она плачет и роняет горячие слёзы прямиком на моё лицо."
"Я любуюсь ей до боли в глазах. Она красивая… Нет, блин, она просто нереальная. Гладит моё лицо, говорит что-то. Я не могу разобрать, в голове звенит.
Я могу только смотреть на неё и пожирать глазами её пухлые губки.
У неё перепуганные, заплаканные глаза. Я готов на всё, чтобы Анжела перестала бояться и улыбнулась. Мой личный ад, в который я погружаюсь с головой, признавая свою вину за её испуг.
— Я в порядке. Меня почти не задело. Пуля пролетела, лишь чиркнула по плечу, а ты… — плачет. — Ты закрыл меня собой!
— Кхе-кхе… Кхм… — издаёт звуки Ильяс.
— Ильяс. Я жив и буду лежать. Под присмотром.
