— Ну что?
— Ничего…
— Говённый у тебя план, братец! — раздаётся язвительный голос Багратова.
— Будто ты можешь предложить получше, — хмыкает Ильяс, родной старший брат Рустама.
Сейчас все трое мужчин находятся в гостиной дома Рустама. Жён Дамира и Ильяса нет рядом. Багратов, по словам Рустама, запрятал свою жену и детей так далеко и надёжно, что даже чёрт с ног собьётся, если захочет найти. Про свою жену Ильяс умалчивает. Но тоже, вероятно, припрятал, чтобы вторая половинка не пострадала при мужских разборках.
— У меня есть план.
Отличный план. Застать врасплох и пойти в атаку. Точка! — снова повторяет Багратов.
— Я так не действую. Я хочу убедиться и поймать мерзавца с поличным. Чтобы быть уверенным в правильности действий и чтобы не навредить случайно… — хмуро добавляет Рустам.
— Боишься, что парня почиркает случайными пулями? — холодно усмехается Багратов.
— А ведь этот говнюк обеспечил тебе немало проблем. Я думаю, что ты, Рустам, не ошибаешься насчёт него, — качает головой Ильяс, смотрит на дорогие часы, вздыхает.
— Предлагаю спор. Кто ставит на то, что сынуля решил укокошить своего папашу?
— Ильяс, не время. Моя жена рядом, а этот мудак — брат Анжелы по отцу, — осаживает Ильяса Рустам, заметив, что я стою в дверях.
— Да? — вскидывается Ильяс, оглянувшись на меня. — Она ещё здесь? Думал, ушла…
— Я вернулась. Мне не спится, Рустам, — объясняю Анварову.
Прошло больше суток с момента похорон Тихонова, устроенного Рустамом. Всё это время мы провели на ногах. Пыталась уснуть, но у меня не получалось.
Я сомневалась, что Черкашин начнёт действовать так рано. Ведь есть же порядок, правила, законы… Однако, по словам, Рустама, закон написан для тех, у кого нет денег и связей. Власть имущие с ловкостью обходят законные процедуры и ускоряют сроки проведения утомительных процедур.
Анваров хлопает по дивану рядом с собой и обнимает меня, целуя в висок. Я удобнее устраиваюсь в его объятиях и прячу лицо, чтобы не смущаться под прицельными взглядами Ильяса и Дамира.
Но краем глаза вижу, как Багратов едва заметно кивает Ильясу, а тот, помрачнев, передаёт ему деньги, свёрнутые рулоном.
— И разрешение на строительство клуба, — говорит Багратов.
— Эй, ты злоупотребляешь моими связями, — огрызается Ильяс, но кивает. — Спор есть спор. Считай, что разрешение на строительство клуба в центре города, и план, утверждённый в архитектурном, уже у тебя в кармане.
— Вы, что, спорили на меня?! — удивляется Рустам.
Переводит взгляд с одного брата на другого.
