Возможно, он мне понадобится. Потому что машина несётся на большой скорости.
— Куда вы меня везёте?
— Не могу сказать. Скоро сами всё узнаете.
Я оглядываюсь по сторонам. Кортеж из машин растягивается по дороге. Две машины едут спереди, сзади пристраиваются ещё две. Значит, Рустам серьёзно подготовился.
Неужели ему так необходим этот ребёнок?! Ребёнок от нелюбимой женщины.
Когда отец узнает, он будет в ярости. Ответная реакция не заставит себя долго ждать.
Мне становится страшно, какую кару отец применит к Анварову.
От страха желудок сжимается. Даже несмотря, что я не ела ни крошки с утра, к горлу подкатывает противная тошнота.
Как бы я ни злилась на Анварова, я боюсь за его жизнь.
Привязанность к этому мужчине не растворилась без следа.
Сейчас, когда он снова ворвался в мою жизнь ураганом, воспоминания расцветают в моём сердце с новой силой.
Не было ничего хорошего между нами, убеждаю себя. Ничего! Только секс… Одного секса мало, чтобы полюбить.
Но поневоле я переживаю первый миг встречи после разлуки.
Трепетные объятия Рустама, его жадный взгляд и проникновенный голос, частые вздохи и очень громкое сердцебиение…
Он был рад встрече.
Возможно, это всего лишь были чувства собственника, вновь нашедшего потерявшуюся игрушку.
Не стоит обманываться.
Я с тревогой гадала, куда меня везёт водитель Рустама. В дом Анварова? В отель? В закрытый клуб? За город?
Но когда машина остановилась, и мне помогли выбраться из внедорожника, я поневоле ахнула.
Чёрт…
Такого я точно не ожидала.
Машина остановилась на ровной бетонированной площадке. В метрах двухсот от меня стоял небольшой самолёт. Наверняка частный. Белоснежный трап гостеприимно приглашал пройти внутрь.
Позади меня слышится шорох шагов. Но я не обращаю внимания. Просто знаю, что ко мне подходит Рустам. Каждая клеточка тела напрягается от его близости.
Горячая ладонь мужчины опускается на мою талию. Он притягивает меня к своему телу, обжигает шёпотом ухо:
— Никогда не летала на частных самолётах?
— Я вообще никуда ещё не летала, — говорю с лёгким придыханием.
Проклинаю себя за отзывчивость на едва ощутимую ласку. Но ничего не могу с собой поделать. Бог нарочно создал этого мужчину дьявольски привлекательным, умеющим опутывать и вводить в транс несколькими словами и лёгкими, едва заметными жестами.
— Я рад быть первым, — говорит с ясным нам двоим намёком.
Я сжимаю губы в плотную линию и отхожу от Рустама.
