– У меня есть семь… точнее, шесть дней, потом я умру… – Прервавшись, я скользнул к двери, распахнул ее и осмотрел коридор: там никого не было. Значит, слежки нет и можно продолжать разговор: – Если не прикончу Краснобара. С ресурсами да, неважно. Зато с навыками все отлично.
Выхватив Имаджи левой рукой, а Барда – правой, я встал напротив девушки.
– Ты ведь неплохо управляешься с ножами, можешь сама проверить.
– Ха! Я в тебе не ошиблась!
Глаза Ярины сверкнули, она с грацией кошки соскочила с кровати. Я даже не заметил, как в ее руках оказались клинки.
Она преобразилась на глазах, из настороженной женщины превратилась в демоницу: раскраснелась, сосредоточилась, копна смоляных волос словно подернулась красноватым пламенем.
Не спуская друг с друга взгляда, мы ходили, сужая круг.
– Чур, без членовредительства, – улыбнулся я. – И никакой магии.
Ярина кивнула, облизнулась и ринулась в атаку. Я без труда отбил ее выпад. Сталь чиркнула о сталь, из клинка брызнули алые искры, девушка отскочила и повторила попытку.
Третьего шанса я ей не дал и перешел в контрнаступление.
Обычно ножевой бой не длится и минуты, но мы не стремились ранить друг друга. Наш поединок больше напоминал танец. Взмах руки. Поворот. Выпад. Вскинуть и опустить руки. До чего же прекрасна Ярина! Юбка взлетает, обнажая стройные ноги. Крылья огненной бабочки. Тени мечутся по стене.
Утомившись, я скользнул ей за спину и осторожно взял в захват, но девушка увлеклась, дернулась, ойкнула.
– Тише, – шепнул я, прижал ее к себе, ощущая, как часто, сильно бьется пульс на аорте.
– Молодец, все.
Она расслабилась, повернулась ко мне и восхищенно выдохнула:
– Да-а!
– Я пока ничего не предлагал…
Смоляные брови взлетели, на лице промелькнуло возмущение, алые губы приоткрылись, но я не дал ей ничего сказать, рывком привлек к себе и поцеловал. От неожиданности девушка на миг ошалела, а потом ответила – сначала робко, потом смелее, еще смелее."
"Голова пошла кругом. На пол упала черная жилетка Ярины, белоснежная рубаха, юбка повисла на стуле флагом капитуляции.
Упав, звякнула кираса.
Мы рухнули на перину, жалобно скрипнула кровать.
Не знаю, сколько прошло времени, мы не могли насытиться друг другом. Только когда затихли, усталые и опустошенные, в голову понемногу начали возвращаться мысли.
Ого. О-го-го! Мне определенно это тело нравится все больше и больше. Пять лет провести в теле, которое чувствует гораздо тоньше привычного человеческого и воспринимается как… Как более живое, что ли.
