Надежно спрятано, никто бы не догадался. И – посажено на цепь, чтобы… уж не знаю, могла ли статуэтка сбежать, но готова была при малейшей возможности – точно.
Я вернул статуэтку на пол и перерубил цепи. Сунул драгоценную находку в карман.
Перед глазами вспыхнула надпись:
Задание «Тело ночного короля»
Степень выполнения: тело найдено
Задача: уничтожить или вернуть обладателю
Ну, положим, уничтожить всегда успеем. Пусть Ким сам решает, что с этим делать. В первый раз за время, проведенное в Мегалоне, я получил подобное «системное» сообщение.
Это что? Первый квест? Не верю. Система плохо отлажена? Тоже не верю, в игре все логично. Скорее – какие-то остатки старого кода, пережитки прошлого, конфликт двух идей…
Статуэтка – это хорошо, но я пришел за Яриной.
Мы с Илаем выскочили из камеры и прислушались. За одной из дверей кто-то плакал. У меня сердце заколотилось: Ярина. Живая! Илай сам отпер замок."
"Сперва я не узнал девушку: на полу валялась груда тряпья, грязного, неопрятного.
Груда эта мелко тряслась и рыдала. Эмоциональный барьер сработал, я не сразу понял, что это Ярина. Она не осознавала, что за ней пришли. Когда Илай прикоснулся – отползла к стене, по-прежнему подвывая.
– Ярина! – Кажется, я не кричал, а шептал. – Ярина!
Чтобы быть в курсе событий, я иногда смотрел глазами Хатбора.
Орк пока держался благодаря узкому коридору. Хатбор пребывал в состоянии берсерка и крушил врагов без разбора. Тягучая, алая ненависть наполняла его разум. Тяжелые мечи с резными рукоятями порхали в руках, как шпаги.
Головы асинов летели направо и налево, кровь стекала по ступеням, доспеху, стенам. Чтобы добраться до Хатбора, асинам приходилось переступать через трупы в красно-черном, заполонившие проход. Сообразив, что действуют неэффективно, они отступили.
Перекрывая вой трупоносов, оставшихся за деревянными решетками, загромыхали шаги – кованые подошвы ступали по каменному полу. Орк стряхнул кровь с мечей и приготовился встретить очередного врага, он полагал, что это кто-то поопасней рядового асина…
– Урба, – всхлипнула Ярина.
Вернувшись в свое тело, осмотрелся: ее брата здесь не было. Илай кинулся в коридор – видимо, открывать другую камеру. Я опустился рядом с девушкой на колени.
– Маленькая, успокойся. Я пришел. Теперь все будет хорошо.
Она подняла заплаканное лицо. Синяк вокруг глаза, ссадина на скуле, разбитые губы.
Села, прижимая к груди левую обмотанную грязной тряпицей руку.
