Кто ж еще? Призраками их называем. А забрать могут любого.
– На гору людей уводят?
– На гору… Ну да, туда.
Хатбор ушел на кухню. Я сел за стол у окна, положил на подоконник ножны с мечом. Никакие они не призраки, да к тому же не слуги Чвана Мозговика. По крайней мере – напрямую.
Хозяин вернулся с большой плетеной бутылкой и стаканами. Поставил их на стол, налил вино, усевшись, спросил:
– Ну, и откуда ты такой взялся, ничего не знающий?
Вопроса я ждал и ответил не задумываясь:
– Наемник. Буром звать. Долго жил там… – неопределенно махнул рукой в сторону пустыни.
– На границе.
– Наемник? Чем промышляешь?
– Всяким.
– Угу, всяким. Так не понял я, наемник Бур, где именно обитал ты?"
"– Возле гейзеров. Шалаш поставил и жил.
– Это зачем же? – удивился он.
– Обет я дал. После одного дела… грязного. Обет, что проживу два года в одиночестве. Думал. Над жизнью, над собой.
– Да что ж ты ел там?
Я неопределенно пожал плечами.
– Ящериц песчаных. Тушил их в гейзерах.
По носатому лицу невозможно было понять, поверил он или нет.
А вообще вел себя хозяин постоялого двора необычно. Вечером, когда зал был полон посетителей, он держался услужливо, немного суетливо, по-тролльи. А теперь казался более основательным, неторопливым и… сильным, что ли? Что-то Хатбор скрывает или, скажем так, – что-то в нем скрывается, только пока не пойму что.
– А ты давно здесь? – Я сделал глоток вина. Оно было неожиданно крепким, слегка зашумело в голове.
– Да уж не вчера прикатил. Дивно, наемник, что ты так мало знаешь про наши места.
Это ж, – он ткнул пальцем в сторону горы, – великая Шамба. Про нее все в Мегалоне знают, про нее и про Зап, да про Чвана Мозговика, Короля Шамбы. А ты – «на гору, на гору»… не слыхал даже, что Шамбой зовется?
– Слыхал. Ты лучше скажи, зачем призраки горожан крадут? Что с ними Мозговик делает?
– Того никто не ведает. Утаскивают их на вершину тайными путями – и все тут. Был тут еще такой прохиндей, Хитрый Гримли, торговец, недавно вроде и появился, а быстро в силу вошел. Так он Чвану девиц поставлял.
Все больше человеческих, но не только. Наложниц, стало быть, хотя, может, и для какой другой надобности. Скупал их у степных племен, ну и горожанок из бедных кварталов, говорят, по его наущению похищали. Поставлял Мозговику и за то монету имел. И власть. Так вот.
– А почему ты сказал «был»? – уточнил я.
Хатбор опустошил стакан, налил себе еще. Я пил совсем маленькими глоточками и в новой порции пока не нуждался.
– Пропал Гримли, – пояснил он.
