Хочется крикнуть «Эй!» и помахать, но они слишком сосредоточены, чтобы меня заметить. А я теперь хорошо могу рассмотреть Никиту, который наклонился надо мной.
Это я, это точно я, вот только я совсем не чувствую своего тела. Зато остальные чувства предельно обострены, кажется еще чуть-чуть, и я смогу читать мысли.
— Кит, что за хуйня, ты что, не собираешься ее раздевать? — тот парень, который сидел на диване, подходит ближе.
Никита не реагирует, разворачивает меня лицом к стене и вжимает в нее, закрывая спиной.
— Так вообще не видно нихера, — выхватываю голос Саймона, который тонет в общем гуле. Как во время многоканальной трансляции.
— Это не считается, — кажется, будто Коннор нарочно растягивает слова, и это даже забавно.
— Сказал, нахуй все пошли, — Никита зло бросает через плечо, сверкая глазами. Коннор делает рывок вперед, но его останавливает вытянутая рука.
Феликс? Странно, а он почему?
— Не трогай их, — говорит совсем тихо, но мне все равно слышно.
Никита прижимается ко мне — или к девушке в толстовке, я уже запуталась, — зарывается лицом в волосы, втягивает носом воздух.
Одной рукой расстегивает ширинку на джинсах, ныряет в карман за фольгированным квадратом.
Зубами надрывает фольгу и раскатывает презерватив по члену, упираясь лбом мне в затылок. Я подлетаю ближе, чтобы лучше рассмотреть. Я уже видела член Никиты, но вспоминать об этом мне неприятно. Не помню, почему. И где могла его видеть, тоже не помню.
Его ладони ползут по ногам под юбку, я не вижу, но точно знаю, что сейчас он отдвигает белье.
Пальцами разводит складки. Кладет руку мне на шею, разворачивает к себе лицо и впивается в губы, одновременно врываясь членом на всю длину до упора.
Меня забрасывает обратно, и я чувствую жгучую, распирающую боль. Кричу в рот Никите и когда вижу его глаза, вылетаю из тела обратно. Он прижимается ко мне, упираясь лбом в затылок, и я слышу так громко, как будто он говорит мне в самое ухо.
— Нет... Блядь, ну нет же... Только не это, пожалуйста.
..
Резко отодвигается и смотрит вниз на выдернутый из меня член. Весь презерватив в крови, мы с ним вместе на это смотрим. Ник запрокидывает лицо вверх, и когда я заглядываю в его глаза, начинаю в ужасе метаться под потолком.
Мне страшно. Мне больно. Я пропускаю через себя все, что чувствуют там внизу эти двое. Это слишком, я больше не могу, я не вывезу...
Силы в один миг покидают. Держаться в воздухе не могу, срываюсь вниз и проваливаюсь внутрь себя.
