— Давай знакомиться, дочка англичанки, — Макс поднимает бумажный стакан с кофе. — Я Максим, он — Сева.
— Очень приятно, — мне и правда приятно. Есть же в этом зоопарке нормальные люди.
Открывается дверь, и сердце мячиком подпрыгивает вверх.
В кафе входят Никита с Миленой, его рука у нее на талии. Так и идут, обнявшись. Конечно, я сама хотела уехать, но… В глубине души понимаю: я надеялась, что он тоскует, ищет. А ему, оказывается, все равно.
Почему так тяжело? Почему невыносимо видеть его с этой безупречной красоткой? Парочка проходит мимо меня и садится за столик у окна, из которого видна цветочная клумба.
Кровь отливает от головы и где-то в солнечном сплетении застывает ледяной комок. Все правильно, все так и должно быть. Это нормально, что они вместе — Никита и Милена идеально подходят друг другу."
"Он сногсшибательный парень и она умопомрачительная красавица. А я? Я правильно сделала, нам нельзя вместе... Но не могу отвести взгляд и смотрю, как Никита ее обнимает.
— Ты почему на звонки не отвечаешь? — над нами нависает высокий парень и смотрит на Севку.
Руки с бугрящимися под рукавами рубашки мышцами упираются в стол. Бедный Сева, у него даже очки запотели.
— Где мой проект? — мажор смотрит на него, прищурившись, голос недовольный и немного скучающий.
— Так я… это… — запинаясь, оправдывается Сева, — завтра будет, обещаю!
— Смотри, чтоб с утра на мейл скинул.
Мажор отталкивается от стола, сок выплескивается из стакана и проливается в салат. Севка молча отставляет тарелку и пьет сок.
Макс продолжает есть, как будто это его не касается.
У меня внутри все закипает.
— Почему ты позволяешь ему так с собой разговаривать? — тихо спрашиваю Севку. Тот поправляет очки и молчит. — Как можно позволять так себя унижать? А ты почему не вмешался?
Макс поначалу даже не понимает, что я обращаюсь к нему.
— Макс, ты же спортсмен, чемпион. Почему ты не заступился за Севку?
Он смотрит на меня внимательным взглядом, потом обращается к Альке:
— Объясни ей, — кивает на меня, поднимается и уносит свой поднос.
Севка тоже подхватывается и идет следом за Максимом.
Мы провожаем парней взглядами, а потом Алька наклоняется ко мне поближе.
— Не думай, что сможешь что-то здесь изменить, Маша. Или ты прогибаешься и принимаешь эти законы, или ни тебе, ни твоей маме тут задержаться не дадут. От администрации зависит далеко не все, так что Макс правильно сделал, что не вмешался.
— Значит, вы тут сами по себе? Каждый?
— Выходит, что так.
Зашибись расклад.
