Игры с драконом

Наручники… Это символ смирения. Мол, делай, дракон-батюшка, со мной все, что пожелаешь. И слова не скажу. Горох… Ну… Это в наказание для любовницы. Посадить ее на один горох, желательно сухо…

Я не договорила: Шаринас, в очередной раз взревев, сбежал порталом. Я недоуменно посмотрела на перепуганную Кирану.

— Это была шутка. К чему так беситься?

Ее высочество задержала дыхание на несколько секунд, затем резко выдохнула и ответила:

— Вера, он когда-нибудь вас убьет. И это будет первый случай.

— Первый случай чего? — уточнила я.

 — Убийства женщины драконом?

— Первый случай убийства драконом члена своей семьи, качнула головой Кирана. — Да, Вера, любовницы тоже входят в семью. Для чего вы выводите его из себя?

Теперь настала моя очередь дышать глубоко и медленно.

— Ваше высочество, я не привыкла к положению безмолвной рабыни. Я выросла в других условиях и не понимаю, почему он считает нормальным одевать меня как местную жрицу любви, а я должна молчать и подчиняться.

— Вера, — тяжело вздохнула эльфийка, — поймите уже, что борьба за равенство может и должна идти среди людей и эльфов.

Драконам же нужно именно что подчиняться. Они слишком могущественны и сильны, чтобы играть с ними в такие опасные игры. Когда я говорила, что в ваших силах испортить ему жизнь, я вовсе не имела в виду распространение лживых слухов. Я, надо признать, поверила в плеть и мясо, потому что такие вещи вписывались в характер кронпринца. Но горох и наручники… Морить голодом члена семьи, измываться над ним — это считается подлостью и низостью. Вы серьезно оскорбили его высочество.

Кирана вскоре вызвала слуг через одни из браслетов, надетых на руки, и отправилась во дворец в прибывшей карете, я же снова осталась в одиночестве. Понятия не имею, чем занимался Шаринас, но дома он не появился даже ночью, так что, предоставленная самой себе, рисовала, читала: нежилась, в общем, вела себя, как заправская аристократка. Извиняться перед любовником я не собиралась.

Это еще кто кого оскорбил. Двойные стандарты принцессы раздражали, но, судя по всему, здесь подобная «двойная мораль» никого не удивляла.

Отлично выспавшись в одиночестве, я позавтракала и спустилась вниз, к подошедшим Эльзе и Берту с нянькой. Сын, веселый проказник, немного развеял мои грустные мысли, но едва нянька забрала малыша домой и мы с подругой оказались в одиночестве, я, как и ожидалось, подверглась очередной психологической атаке.