Игры с драконом

Я… Я скучала… — на глаза снова выступили слезы.

Взгляд подруги, обращенный на меня, выражал недоумение и что-то еще… Что именно, я понять не могла. Впрочем, Эльза и не скрывала эмоций и мыслей.

— Ты не беременна случайно? От Шаринаса? — подавшись вперед и тщательно ловя малейшие отблески чувств на моем лице, спросила любимая подружка.

Я возмущенно вскинулась.

— Я?! От этого?! Ты сейчас издеваешься, да?!

— А что, — пожала плечами явно разочарованная жена эльфа, — это было бы отличным выходом из ситуации.

— Из какой ситуации? — сощурилась я.

— Да все ты знаешь, — отмахнулась от меня собеседница и пригубил чай из изящной фарфоровой чашки с необычными узорами. — Ты и кронпринц. Ты правда думаешь, что он добровольно отпустит тебя? А если нет, в смысле, не отпустит, что тогда? Да и нужен ли тебе Димирий после Шаринаса? А так — ты беременна, рожаешь дракону ребенка, остаешься с ними обоими, как мать… Вера!

Я хохотала. Сложившись в кресле, я чувствовала, как из глаз льются слезы, а тело сотрясается от дикого хохота.

— Вера, — обиженно насупилась подруга, отставив в сторону чашку и этим жестом как бы намекая на серьезный разговор, — ты так изменилась за эти дни! Как будто и не ты вовсе!

— Ага: и Берта тискала тоже не я… — выдумщица, ей-богу. Надо же такое придумать…

— Вот только это меня и примиряет с новой «тобой», — фыркнула Эльза, подумала немного, но все же потянулась за воздушным пирожным. — Вот что ты смеешься, а? Ведь вы вместе живете! А значит, чувства должны быть! Скажешь, я не права?!

— Права, — пожала я плечами, полностью соглашаясь со сказанным, — Конечно же, чувства есть: например, прибить его мне хочется с каждым днем все сильней.

— Все шутишь. А я серьезно, — собеседница угрюмо уставилась в чашку с чаем, вернувшуюся из «ссылки» и радовавшую хозяйку очередной порцией горячего напитка.

— И я, — моя чашка опустела, пришлось тянуться к чайнику, наливать новую порцию. — Эльза, подумай сама, какие могут быть чувства, когда вы всем княжеством, между прочим, меня, как рабыню, на блюдечке ему преподнесли? Кто-то спрашивал моего желания? Нет, естественно.

— Тогда это… Знаешь, что это?! — раздраженно буркнула подруга.

— Знаю, — кивнула я. — Моральная проституция.

Сказала и подумала, есть ли такой термин в реальности? Впрочем, Эльзе хватило и моих слов.