Игры с палачами

— Спасибо, доктор Любовь, но мне и так неплохо живется.

— Знаю… Вижу, как на тебя смотрят женщины.

Каждый раз, когда мимо проходила барменша, ее взгляд на мгновение останавливался на Хантере. Это не укрылось от внимания обоих мужчин.

— Послушай, пойми меня правильно. Я не собираюсь играть роль свахи. Твоя личная жизнь — не мое дело. Но я просто советую тебе пригласить Алису куда-то выпить, поговорить по-дружески, подальше от фотографий расчлененных тел. Кто знает, может, вы захотите узнать друг друга получше?

Хантер болтал стаканом, наблюдая за тем, как перекатывается на донышке виски.

— Как это ни забавно, но мы давно знакомы, — сказал он.

— Серьезно? Не шутишь?

Хантер вкратце рассказал обо всем Гарсии.

— Ух ты! Ну и совпадение! Значит, она из вундеркиндов, как и ты. Теперь я чувствую себя единственным тупицей на всю округу.

Роберт улыбнулся и допил скотч. Напарник последовал его примеру.

— О деле я сейчас говорить не хочу, — сказал Гарсия. — Скоро я поеду домой. Но вот что самое смешное… Я с детства испытываю неприязнь к марионеткам, и теневые — не исключение.

— Я знаю, что это глупо, но мне всегда казалось, что в них есть что-то зловещее. Больше, чем марионеток, я ничего в детстве не боялся. В пятом классе мой учитель каждый месяц мучал нас кукольными представлениями. Мне приходилось либо самому водить куклу, либо сидеть с остальными детьми и смотреть представление — не очень-то весело, — рассмеявшись, сказал Гарсия. — Кто знает? Быть может, убийца — мой прежний учитель, который вернулся, чтобы мучить меня.

Улыбнувшись, Хантер встал, собираясь идти домой.

— Неплохо бы. Тогда поймать его не составило бы труда.

Хантер настолько устал, что никакая бессонница сегодня ночью ему не угрожала. Добравшись до квартиры, он принял теплый душ и плеснул себе в стакан шотландского виски. Против головной боли и усталости в мускулах это срабатывало лучше любого из известных ему лекарств.

Не включая свет в гостиной, он направился к дивану. У него не было ни малейшего желания любоваться поблекшими обоями, вытертым ковром и разнокалиберной мебелью.

Хантер не мог вспомнить, когда в последний раз включал телевизор. Поклонником телевидения он никогда не был, но изредка смотрел какую-нибудь передачу, чтобы отвлечься. Сегодня Роберт явно нуждался в разрядке. Надо перестать думать о деле и расслабиться. Он любил читать, но книги будили пытливость его ума, в то время как телевидение, напротив, отупляло.