Игры с палачами

Четыре спальни и две ванные комнаты. Гарсия довел Хантера до последней двери справа и остановился.

— Знаю, ты много чего повидал, Роберт. Господь свидетель, мне это известно. Но такого даже в кошмарном сне не увидишь.

Затянутой в латексную перчатку рукой Гарсия распахнул дверь…

Хантер замер у распахнутой двери в просторную спальню. Его глаза зафиксировали то, что увидели, вот только ум отказывался им верить.

У стены стояла регулируемая по высоте двуспальная кровать. Справа от нее, на деревянном ночном столике, лежали небольшой баллон со сжатым кислородом и маска.

В изножье кровати стояло кресло-каталка. У противоположной стены — старинный комод и письменный стол из красного дерева. На стене висели полки. Центральное место «композиции» занимал телевизор с плоским экраном.

Хантер с шумом выпустил воздух из легких, но ничего не сказал, даже глазом не моргнул.

— С чего начнем? — спросил Гарсия.

Кровь была повсюду: на кровати, на полу, на коврике, на стенах, на потолке, на шторах и на мебели. На постели лежало тело мистера Николсона, вернее то, что от него осталось.

Труп расчленили. Ноги и руки отделили от туловища. Одну из рук разрубили в локте и кисти. Ступни также были отрезаны.

Но наиболее сильное впечатление производила «скульптура».

На низеньком кофейном столике у окна отрубленные части тела жертвы были аккуратно сложены, образуя нечто кровавое, непонятное, вызывающее омерзение и ужас.

— Ну и шуточки, — чуть слышно прошептал Хантер.

— Я не буду даже спрашивать у тебя, Роберт, — обратилась к вошедшему доктор Каролина Хоув, которая занималась чем-то в дальнем углу комнаты.

— Такого ты прежде не видел… никто из нас такого не видел…

Доктор Хоув была главным судебно-медицинским экспертом коронерского департамента округа Лос-Анджелес. Длинные каштановые волосы женщины были аккуратно заправлены под капюшон белого комбинезона. Полные губы и изящный нос спрятаны под хирургической маской.

Хантер лишь на секунду отвлекся, взглянув на женщину, а затем уставился на большие лужи крови на полу.

Он не знал, что делать. Ходить по полу, не вступая в них, было попросту невозможно.

— Все уже сфотографировано, — подозвав его и Гарсию, сказала доктор Хоув.

Роберт Хантер ступал осторожно, стараясь не испачкаться в крови. Он направился к кровати, на которой лежало то, что осталось от тела мистера Николсона. На лице трупа запеклась кровавая корка. Глаза и рот были широко открыты в немом последнем вопле. Простыня, подушки и матрас порваны в нескольких местах.