- Ма-а-ась… Ну хватит тебе уже… - пыхтит Конь, глядя на меня в зеркало. Глаза у него красные от напряжения.
- Конь, я, по-моему, все четко сказала.
- Нет, ко мне ехай. И мы там выйдем. Все вместе, - спокойно командует Егерь.
- Егерь, вот только не надо… - люто зыркает на него в зеркало Боря.
- Кот, по-моему, Конь много говорит, - скалится злобно Егерь.
- Ага-а-а-а… Чересчур… Зубы, смотрю, перестали болеть? – мурчит лениво Кот.
- Закрой рот, бля! А то высажу, нахер, пешком до МКАДа пойдете! – переводит на него агрессию Конь, но Кот только фыркает:
- Хотел бы на это посмотреть… И вообще, тебе же все объяснили, какого хера, Конь?
- Ничего не объяснили.
Я вообще вас слушать не хочу, дебилов… Вот уж от кого, а от тебя, Егерь, я такой подставы…
- А в чем подстава? Обоснуй.
Чувствуется, что Егерю уже все порядком надоело, и терпит он из последних сил.
Но Коню плевать. Он на эмоциях до сих пор и ищет правды.
- Ты знал! Ты все знал про меня и… Масю! И все равно! Сучары вы! Мы столько лет дружили!
- Так, а вот с этого места поподробней.
Что ты имеешь в виду, когда говоришь обо мне и себе, Конь? – последнее слово я прямо с удовольствием произношу. Так приятно наблюдать, как его каждый раз перекашивает.
- Мась… Ну хватит… Ну все… Ну я виноват… Не надо было… - тут же сбавляет тон Боря, опять смотрит на меня, глаза его, с красными прожилками от сухости и напряга, умоляют.Но мне плевать.
- Не надо было, да, - эхом подтверждаю его последние слова.
- Но я же не думал! Ты же должна была на Мальдивы с этим своим… Ну кто мог знать? – в очередной раз вопрошает в пространство Конь, но всем на его трагизм пофиг.
А мне особенно. И потому – добиваю.
- Это не отменяет факта вранья и воровства. И вот от тебя я этого, Конь, не ожидала… мы же столько лет дружим…
Тут я не удерживаюсь, передразниваю его же претензию к приятелям.
Кот рядом не удерживается, ржет, его рука, с момента моего пробуждения прочно обосновавшаяся на бедре, сжимается и ползет вверх. Уже в который раз.
Я хмурюсь и возвращаю ее обратно. Тоже уже в который раз.
Егерь сидит с другой стороны, и его лапа спокойно лежит на спинке сиденья, периодически падая на мое плечо. В таком случае я нервно дергаюсь, и лапа, помедлив, ползет обратно на сиденье. А Егерь сжимает челюсти.
Вообще, атмосфера в машине крайне напряженная, и , если б не эти периодические перепалки, то совсем тяжко было бы.А так немного разряжает гром и молнии, вносит, так сказать, свежую веселую струю.
