Да меня сто процентов оправдают, если я двоих придурков с таким букетом выкину на улицу!
- Черт… Анастасия, мы же говорили, что это все неправда! Понимаешь? Это – провокация, чтоб развести нас на деньги…
- Мне без разницы, - перебиваю я разошедшегося Кота, - я хочу остаться одна в своем доме! Понятно?
- Понятно, конечно, понятно… Но мы не можем никуда уйти! Телефон для связи не фурычит, местности мы не знаем, медведи , опять же… Мы, конечно, можем уйти… Но где гарантия, что дойдем до деревни? А если свернем не туда, замерзнем по пути? Пусть мы в твоих глазах преступники, но люди все же! Как ты себя будешь ощущать, если мы реально замерзнем, а, Анастасия?
Я молчу.
Как бы я ни была зла на них, как бы ни ненавидела за их проступки… Но в одном Кот прав: я не смогу спокойно сидеть тут, зная, что они ушли и пропали. С ума же сойду от чувства вины!Но признаться в этом… Да ни за что!
- Анастасия… - Кот, сразу поняв, что удалось меня зацепить, кует железо, - давай так поступим: мы здесь побудем, пока не кончится метель и не появится связь.
А потом вызвоним Коня и уберемся с твоей территории! Честное слово! Мы, как мыши, будем! Тихие!
Я делаю вид, что обдумываю, хотя ежу понятно: выбора у меня нет. Но торг – дело святое.
- Так, - я смотрю в шкодливые, обманчиво ласковые глаза, сурово сдвинув брови, - у меня есть несколько условий.
- Да хоть сто, Анастасия…
- Первое, - повышаю я голос, перебивая поток лжи, - я живу наверху, а вам туда хода нет. И вещи все вернули чтоб, как было.
Дедову берданку – тоже!
Кот кивает, смотрит честным-пречестным взглядом, какие бывают у заправских лжецов. А я продолжаю:
- Второе: мою еду – не жрать! Все, что в кладовке на первом этаже – мое. Даже нос туда не совать! Третье – готовить самим! Кухню не засирать! Хоть пятнышко увижу, заставлю все перемывать! Четвертое – в доме не курить! Не пить! Не онанировать! Не орать! Не ходить голыми! И в трусах – тоже! Только одетыми полностью!
- А как же нам спать? – удивляется Кот, весело скалясь.
Забавляют его мои условия, видите ли! Ну сейчас ты перестанешь улыбаться, гад!
- Одетыми! Даже если вас тянет друг к другу, в моем доме – никакого секса!
С огромным, просто крышесносным удовольствием наблюдаю, как глаза Кота становятся круглыми. Поймал плюху, нападающий? Так тебе!
- Дальше… Ты, может, записывал бы, а то , говорят, у спортсменов память слабая…
Кот хмурится, теряя свой благодушный настрой окончательно.
