Я терпеть такого не могу!
- А чего так? – Кот, как ни в чем не бывало, обходит меня, собирает по комнате вещи, плавно, особо не торопясь…
А я ловлю себя на том, что задыхаюсь от его присутствия. Слишком маленькое пространство. Слишком большой мужчина. Не настолько большой, как его приятель, но на голову выше меня. Это много, очень много…И опасно. Вид его голых растатуированных рук опасен, и голос его урчащий. И взгляды, которые он нет-нет, да и бросает на меня, думая, что не замечаю. А я замечаю, не дура же.
Отхожу чуть подальше, чтоб не мешать собираться, на вопрос не отвечаю.
Нефиг. Обойдется, разговаривать тут с ним.Все основные моменты прояснили, остальное – незачем.
- Слушай, Анастасия, - Кот подхватывает сумку с собранными вещами, - давай дружить, а?
Леопольд, бляха муха!
- Нам здесь еще сидеть какое-то время… Не надо жить в постоянном напряге.
- Никакого напряга не будет, если вы не будете нарушать мои границы и следовать правилам, - сухо отвечаю я и выразительно киваю на дверь.
- Ну ладно… Как хочешь…
Кот, сверкнув напоследок белозубой улыбкой, выкатывается за дверь, а я с облегчением ее захлопываю за ним.
И сажусь на кровать, правда, тут же подскакиваю.
Он же тут спал! Надо белье сменить!
Роюсь в маленьком сундучке, в поисках дополнительного комплекта, нахожу, спешно перестилаю кровать, а то белье, что сняла, складываю у двери. Сжечь надо будет. Или отдать этим придуркам внизу. Пусть уж доиспользуют. А потом сожгу.После этого опять сажусь на кровать, сдираю с себя свитер, рассеянно поправляю лямки маечки.
В доме очень тепло, эти придурки явно кучу поленьев уже сожгли… Черт, такими темпами, мне надолго не хватит. Надо заставить их наколоть еще… И уголь в машине остался. И вещи мои, кстати, тоже!
Мне тут даже переодеться не во что! Одна только ночнушка безразмерная, которую мне еще бабушка презентовала. Я ее, помнится, как сюда привезла от нее, так и оставила.Ее еще потом Борюсик нашел и долго ржал, сравнивая с увиденными в музее специальными ночнушками, которые шились для первой брачной ночи в темном Средневековье.
И предлагал дырку сделать. Только не спереди, а сзади. А то так пойдешь ночью по важным туалетным делам, и, пока найдешь концы, уже и не нужно будет…В принципе, можно и ее напялить… Заодно запугаю столичных извращенцев до нервного энуреза… К такому их жизнь точно не готовила…
Наваливается сонливость. Все же, такой тяжелый день, черт… Одни нервы…Подремать – самое оно… Но, прежде, надо закрыть дверь на засов.
