Ярость у меня боевая, ее специально взращивали, для спорта – самое оно. Но вот в реале – вообще не помогает…И сейчас – особенно.
Мы, словно пауки в банке, заперты тут, кружим вокруг няши, смотрим… Ноздри раздуваем, отслеживаем каждое движение. Не только ее, но и друг друга. Котяра, как обычно, мягкими гребанными лапами, улыбочкой своей блядской… Понимаю, что, если б они были тут с няшей одни, то он бы ее уже давно трахал.Сейчас только я мешаю. Не пускаю. Одних не оставляю…А еще… Еще точно так же понимаю, что, если бы мы с няшей были тут одни…То я бы ее тоже уже давно трахал.
В первый же день.Это сто процентов.
Кот делает замах аккуратней, с хеканьем опускает топор… Мимо полена, само собой.Смотрю, как он , матерясь, пытается вытащить застрявшее лезвие, но мыслями далеко. Верней, не особо далеко.Там я мыслями, возле нее. Мелкой, кусачей заразы, которая сидит себе в доме, в своей гребанной маленькой комнатушке… И знать не знает, чего тут из-за нее происходит.
Такие бабы, не особо видные с первого взгляда, крайне опасны, когда их получается рассмотреть.
Потому что потом… Потом не отлипнешь.
У меня такой херни не было, слава Богу. А вот братуха рассказывал… Он так вперся со своей первой любовью, идиот. Тоже мелкая такая, белобрысая, без слез не взглянешь… А вперся так, что все на свете похерил, все к ее ногам положил… Идиот…
Мысли о брате позитива не добавляют, потому переключаюсь на приятеля.Подхожу, отбираю у придурка топор:
- Смотри.
Размахиваюсь аккуратненько – и, дозируя силу, по полену.
Оно сразу на две части легко распадается.
- Тут главное не замах, а точность, - инструктирую московского мажора, - топор сам всю работу сделает…
- Ну… - Кот осматривает меня, потом хмыкает, - у меня так не выйдет… У тебя прям круто! Давай ты сам тут дальше, лады?
И разворачивается, падла, к дому!
- Стоять! – рычу, машинально перехватывая поудобней рукоятку топора, смотрю исподлобья. Тренер говорит, что у противников от моего взгляда – оторопь… Это верно. Но на блядского Кота нихрена не действует! Хотя у него не девять жизней! Но ведет себя так, словно девять.
– Давай, бери.
- Егерь… - лыбится обаятельно, по привычке, естественно, знает свои сильные стороны, сучара. Но на меня не работает, - ну нахрена? Я не особо умею…
- Вот и учись, - обрубаю, а потом добавляю уже свои истинные мотивы, - нехрен там сидеть…
Кот перестает улыбаться, шагает ближе, рожа такая серьезная, злая.
Я с размаху всаживаю топор в полено, чтоб освободить руки. На всякий случай.
