Ярослав Котов, гласила подпись, центральный нападающий национальной сборной, самый результативный игрок сезона и обладатель золотой клюшки «Лучший снайпер сезона».
И его приятель, наоборот, серьезный, массивный очень, это даже по фотке было видно, взгляд такой прямой, жуткий, словно сейчас ударит.Матвей Егерский, самый результативный защитник национальной сборной, обладатель приза «Железный человек»."
"Они оба обвинялись в сексуальных домогательствах к девушке.
Фото девушки, невинной блондинки с испуганным взглядом и следами побоев на хорошеньком личике, было показано чуть ниже.
Я поразилась контрасту. Два лощеных, уверенных в своей вседозволенности зверя и нежная девушка. Что она могла противопоставить этим моральным уродам? Ничего! Твари, просто твари! Ненавижу таких!
- Твари какие! – вырвалось у меня, и Борюсик глянул с удивлением.
- Ты чего это?
- Как чего? – я развернулась к нему, злобно указывая ложкой на экран телека, - смотри!
- Ну, смотрю… Пока ничего не вижу, никаких доказательств, кроме ее слов, - возразил Борюсик, а я застыла с открытым ртом, не веря услышанному.
- То есть, - уточнила я, - ты им веришь? Да?
- Презумпция невиновности, слышала, Мась? Девчонка может соврать, Кот и Егерь – парни небедные. Может, хочет бабла стрясти…
- Да ты… Ты что? – я даже потерялась от таких заявлений, - ты им веришь? Да ты посмотри на них! Посмотри! Это же они в прошлом году кафе разбомбили? Драку устроили?
- Не-е-е, Мась.
С футболистами путаешь, а эти – нормальные ребята, отличные спортсмены…
- Ты их еще и защищаешь? – неожиданно взъярилась я, - не ожидала! И вообще… как ты их назвал? Ты с ними знаком?
- Ну… Да, общались, - нехотя подтвердил Борюсик, - они – нормальные парни, а эту шумиху подняли журналисты!
- Значит, было из-за чего! – отрезала я.
- А ты не задумывалась, почему эта малышка рванула в прессу, а не в полицию?
- Потому что знала, что там ей могут не поверить и все замять!
- Черт, Мась… Ты – очень непримиримая, так нельзя.
- Нельзя – домогаться до беспомощной девушки, которая не может дать отпор, - отрезала я, - все, не хочу про это говорить! Очень надеюсь, что их посадят!
- Ну все, завелась, боевая коровка, - рассмеялся Борюсик, - ты мне лучше дай тот журнал, что я тебе привозил, помнишь? Он мне нужен, я там кое-какие записи на полях сделал и забыл.
