- Ей понравилось, - удовлетворенно говорит Егерь и деловито дергает вверх бабушкину рубашку, - давай снимем с тебя эту плащ-палатку…
- Нет… - я все же пытаюсь соблюсти хоть намек на приличия, - давайте сначала обсудим…
- Потом обсудим, - пальцы Кота скользят по щеке, спускаются к груди, он придвигается еще ближе, пока его приятель занят поиском края моей бескрайней ночнушки, - потом…
Зачем обсуждать то, что и так понятно?
- Нет, это невыносимо!
В отчаянии откидываюсь на измятые остатки ночнушки, не сумевшей нормально выдержать нападение зверей.
Сердце все еще ломит в грудную клетку, никак не успокоится. И пальцы подрагивают. И внизу все сжимается, словно афтешоки от удовольствия ловлю.Короче, тело в кайфе.
А в мозгах вот немного прояснения наступает. И этим надо бы пользоваться?Потому что, кроме прояснения, приходит злость и даже отчаяние. На себя злюсь, конечно, не на Кота же с Егерем, тем более, что на них злиться вообще невозможно.
Ну как можно злиться на мужиков, валяющихся рядом с такими довольными рожами?
- Что невыносимо, Мась? – Кот, выдохнув, переворачивается со спины на бок, забрасывает на меня волосатую ногу, по-собственнически так, нагло. А Егерь, на груди которого оказываются мои плечи и затылок, просто мягко сопит и тянет чуть на себя, поглаживая по шее, отбрасывая все еще непросохшие волосы на другую сторону, чтоб получить больше доступа.
Я опять оказываюсь между ними!
Егерь за спиной, держит, гладит, пальцами проходится в опасной близости от лица, того и гляди развернет к себе, чтоб поцеловать и запустить наше общее безумие по очередному кругу.
А Кот – чуть ниже, на уровне груди, обхватывает ручищей поперек талии, ногу закинул на меня, придавливая к кровати, обстоятельно так спеленывая собой. Не шелохнешься.Ладонь сама тянется к темной шевелюре, пальцы зарываются в короткие на затылке волосы, чуть царапают, ловя тактильный кайф.
Вот я неугомонная! И без того… натактильчалась до умопомрачения, а все мало, мало!
Буквально же пять минут назад сидела на нем, зарываясь в эти темные волосы пальцами и умирая от каждого глубокого толчка, достигающего, кажется, сердца! Странно так, всегда думала, что, если женщина сверху, то она руководит процессом… Ага, кто бы мне дал поруководить!Нет, рукам-то моим нашлось применение моментально.
