Их любимая (СИ)

Это все не по-настоящему, нет.

Неловко попыталась открыть дверь. Не получается, с задержкой понимаю, что в пистолет вцепилась обеими руками. С трудом разжала пальцы, и оружие с оглушающими грохотом бухнулось под ноги.

Тихо, тихо...

Это мне только кажется.

Выйти не решаюсь, обернуться не могу. Стою и вслушиваюсь в звуки за спиной, но там ничего, тишина.

Я ведь его не убила?

- Дим? - позвала и не выдержала, обернулась.

Муж лежит в той же позе, подогнув ногу. В паре метров от меня. Не двигается, и я не вижу отсюда, он жив?

- Дима, ты живой? - внутренний голос орет, что надо бежать быстрее, по пути вызвать скорую, и ему помогут, не могла я его убить.

Но ноги приросли к месту и, кажется, что за дверью не улица, а обвал, пропасть, в которую я шагну, если брошу его здесь, и назад дороги уже не будет. Муж, каким бы он ни был - умрет.

И как я буду с этим жить?

- Дима, вставай! - взмолилась и приблизилась.

Надо свет включить, а мне страшно, в слабом свете уличных огней вижу его бледное лицо с закрытыми глазами, острый нос.

И темное пятно на светлых брюках справа у бедра.

- Дима! - наклонилась и шлепнула его по щеке.

Он глаз не открыл, и даже ресницы не дрогнули, я смотрю на пятно.

Кровь идет. И у меня руки в крови, моей или мужа - уже не разберу.

Дрожащими пальцами коснулась его шеи, прижала, в попытке нащупать пульс, замерла.

И шумно выдохнула - жив.

Я не убийца.

Но тут нужна скорая.

Начала шарить по его карманам, нащупала свой телефон. Влажными пальцами завозила по экрану, размазывая бурые полосы, не попадая по иконкам.

Скорая...

Нет. Сначала надо позвонить Аресу, хоть кому-нибудь из Северских, узнать, где мой сын и потом...

Чуть не заорала от громкого, пронзительного звонка в дверь.

Такой длинный, тревожный дзи-и-и-инь, после которого наступило затишье. Огромный дом, минимум мебели, гулкие комнаты, я сижу на полу перед мужем, который истекает кровью - я словно в фильме ужасов. Слышу, как бешено стучит сердце, как на стене тикают круглые часы, как за дверью, снаружи шумит двигатель.

Был звонок или у меня галлюцинации начались?

Боюсь дышать и тело словно каменное, не могу шевельнуться."

"Затаилась.

И снова едва не заорала, когда звонок повторился. Метнулась по полу, с размаху налетела на тумбочку. Стеклянная ваза покачнулась, рухнула, с громким звоном в стороны брызнули осколки, рассыпались цветы.

Господи...

Уставилась на темнеющую створку двери.

И раздался стук.

А после суровый мужской голос:

- Маргарита, я слышу, что вы там.