Их любимая (СИ)

- Когда можно будет?

- Когда остановимся в порту, - тоже смотрю в окно, на бескрайнюю гладь океана, и дух захватывает от этой картинки. Это прекрасно так же, как в первый раз, когда я ступила на борт.

- А когда мы остановимся?

- Давай завтракай, - кивнула на официанта, что расставляет на нашем столике тарелки. - Поешь и погуляем на палубе.

Сын усилием оторвался от окна и придвинулся к столу. Смешно наморщив нос, понюхал, что ему принесли. Засмеялась, и сделала так же.

На завтрак у меня румяные тосты с беконом, джем.

Кофе и сок со льдом. Пахнет умопомрачительно.

Я безумно скучала по этой атмосфере, по завтракам, обедам и ужинам, по океану за окном и нашей каюте.

В очередной раз оглядела кафе, гостей - и снова не поверила.

Все это теперь принадлежит мне.

Все, до последней вилки.

Невероятно.

- А папа когда приедет? - спросил Гриша с набитым ртом.

- Папа не приедет, - отрезала. Поймала удивленный взгляд сына и понизила голос. - Он больше не сможет с нами плавать.

- Никогда?

Гриша перестал есть.

Плакать не собирается, но и счастливым не выглядит, а я пока так и не отрепетировала наш разговор. Как объяснить ребенку, что Димы в нашей жизни больше не будет? Что он разорил Северских, когда продал им этот лайнер. Знаю, что братья заплатили больше не за круиз, а за разрешение забрать Гришу, и думать об этом неприятно.

Нас с сыном будто продали, запросив самую высокую цену.

- Ты мне, кажется, какой-то подарок обещал? - сменила тему и наклонилась к столу. - Забыл? Где он?

- В каюте, - Гриша смущенно улыбнулся.

- У меня под подушкой. Сегодня будет праздник?

- Конечно, - я и сама, как маленькая, чего-то особенного жду от этого дня. Двадцать пять лет - маленький юбилей. И я впервые чувствую себя настолько свободной, что страшно становится, боюсь сглазить, спугнуть...

- А мы одни будем? - Гриша поковырял завтрак и отодвинул тарелку. Сощурился, пытаясь через зал и снующих официантов разглядеть вход в кафе.

Северских ждет. Сын к ним за последние дни привык, с самого утра, едва проснувшись, рвется к ним.

С ними интересно - повторяет Гриша.

И тут не поспоришь даже.

Пью сок и сама невольно кошусь на вход. В порт мы приехали вчера вечером, загрузились. Гриша устал после перелета и сразу уснул, я тоже никуда не выходила из каюты.

И в постели ворочалась до утра, мысли в голове носились роем растревоженных пчел. Сомневаюсь и боюсь, что сделала правильно, когда решилась вместе с ними тремя рвануть в круиз.