— Он любил ее? — спросила Пайпер.
Кад покачал головой. Она подобралась к истине ближе, чем он готов был ей позволить.
— Вовсе нет. Он заботился о ней и чувствовал себя ответственным за нее. У них были отношения, выходящие за рамки деловых, но он не любил ее.
Пандора приложила руку к голове, ее голос немного дрожал.
— В тех статьях, которые я прочла, говорилось, что с Талом было все в порядке.
— Мы держали прессу в неведении. Нам помогли американские военные. Был задействован морской патруль. Они прорвались внутрь, потеряв несколько человек.
В самый разгар столкновения, мой брат и один из спецназа, человек по имени Коул Леннокс, отделились от команды. Их преследовали в течение нескольких дней, пока Коулу не удалось доставить его обратно в страну.
— Его удерживали не здесь? – спросила Пайпер.
— Нет. Он был захвачен в соседней стране. Именно поэтому американские военные хотели сохранить все в тайне, — пояснил Раф.
— Таким образом, история, которую получила пресса, заключалась в том, что Талибу удалось самостоятельно сбежать через две недели после фактической даты его спасения.
Мы привели его в порядок, и он не появлялся перед камерами до тех пор, пока не смог улыбаться и хоть отчасти походить на себя прежнего.
Кад подумал о той пустой оболочке, которой был брат в те дни после его спасения.
Он сидел на своей постели, безмолвный и немигающий, в течение нескольких дней, словно попав в свой личный ад.
— Я не думаю, что он полностью оправился, хабибти. Так что, пожалуйста, дай ему некоторое время.
Пожалуйста, дай нам шанс.
— Я не знаю, - она попыталась встать, — мне нужна минутка."
"Кад поднялся вместе с ней.
— Пайпер, пожалуйста, присядь. Ты выглядишь такой бледной. Рафик, ей нужно поесть.
— Я не могу. Помогите. Кажется, я сейчас...
Она так и не закончила фразу. Наложница потеряла сознание, и ее тело рухнуло, подобно кукольной марионетке, у которой обрезали нити.
Кад поймал ее в свои объятия, в то время, пока Раф звал на помощь.
Глава 11
Талиб смотрел на свою спящую наложницу.
Она казалась хрупкой и более уязвимой, чем прежде. Он осознал, что ее сила была одной из тех черт, которые шейх любил в девушке.
Точнее, которая импонировала ему. Ему нравилось это в ней. Он, черт побери, отнюдь не собирался ее любить. Ему просто нельзя этого делать.
— Она в порядке, Ваше Высочество, — произнес врач, стоявший подле него у изголовья постели. Доктор Хамуд был тем, к кому Тал испытывал абсолютное доверие.
