Она доверяла ему. Это было довольно опасно, учитывая, что он знал, каким мужчиной был глубоко внутри. Трусом. Почти предателем. Он не заслуживал ее, ни на секунду. Но он все равно возьмет ее. Возможно, Пандора никогда не сможет понять, но он принял решение. Она была платой за его боль. Она была его призом за то, что он выжил в тот день, и выживал каждую ночь с тех пор. Каждая унция ненависти и мучений, которые он испытал, будут восполнены ее сладкой плотью.
Пайпер никогда не узнает, как он жаждал любить ее, как он тосковал по тому, что потерял, и что уже никогда не сможет иметь.
— Это то, чего вы хотели, сэр? — ее глаза были широко распахнуты, почти умоляя его сказать ей, что она была хороша.
Он не мог ей отказать в этом. Хотя, ее позвоночник должен был быть прямее, а пальцы прижаты еще теснее. Носочки ее ног не были вытянуты, как следовало, а спина слишком согнута. Шейх коснулся ее щеки.
— Ты прекрасна. Абсолютно прекрасна. Позволь мне тебя одеть.
Ее губы изогнулись в удовлетворенной улыбке.
Еще в те месяцы их бесед, он подозревал, что она была истинной сабой, но последние несколько дней доказали, насколько идеальной она была для него. Она могла постоять за себя, но предпочла угодить ему. Если он правильно поведет себя с ней, она навеки будет принадлежать ему."
"— Не двигайся, — он встал на колени. Она была миниатюрной, идеально подходя для него. Когда он опустился на колени, ее соски оказались именно там, где он хотел. Он наклонился вперед и лизнул, медленно поглаживая их своим языком.
Ее запах и вкус наполнили все его рецепторы. Ее кожа на вкус всегда была такой свежей, словно прохладный напиток в жаркий день. Он пристрастился к ее цитрусовому аромату. Талиб становился твердым всякий раз, когда кто-либо подавал ему даже гребаный апельсин.
Он вобрал ее сосок в свой рот, упиваясь ее реакцией. Сейчас мускусный запах ее возбуждения заглушил цитрусовый. За каждым потягиванием его рта следовала новая порция ее соков.
Ее киска пульсировала, умоляя о его внимании, но он намеревался подвергнуть ее маленькой пытке.
Мужчина зажал ее сосок между своими пальцами, вытянув вершинку. Он натянул зажим, расположив его так, чтобы он свисал. Под весом драгоценностей ее сосок опустился. Когда она ахнула и попыталась справиться с охватившими ее ощущениями, он облизал ее другой сосок и также надел на него зажим. Ловким движением пальцев он идеально расположил его на ее груди.
