К Талу начал возвращаться разум. Как Халил планировал выйти сухим из воды?
— Халил сошел с ума. Даже если он попытается сбежать, кто-то его увидит.
Куда он намерен увести ее? Потребует ли он за нее выкуп? Попробует ли обменять на Талиба? Это не имело смысла.
— Он не сумасшедший. У него последняя стадия рака, — прокричал ему Дэйн. — Я выяснил это пару дней назад, но, откровенно говоря, я не хотел, чтобы ты делал на это скидку. Я собираюсь уличить его в связи с радикалами, которые вас похитили, а также работорговцами, которые схватили Алию.
Имеются финансовые следы, но мне нужно составить еще несколько отчетов. Я хотел привести все в порядок, чтобы ты дал мне зеленый свет.
Дэйн нахмурился:
– Ему осталось лишь шесть месяцев. Он больше не намерен завладеть троном. Он просто хочет достать тебя. Он ожесточен. Он ненавидит тебя и всю твою семью.
Тала охватил страх. Халил действительно хотел ее убить. Он хотел убедиться в том, что Тал будет страдать. Его не интересовал побег. Не будет никаких переговоров.
Лишь боль его наложницы, его Пайпер. Боль и смерть.
— Сержант, я думаю, у меня кое-что есть для вас, — по рации Дэйна раздался голос Лэндона, когда они пересекли двойные двери. Двое охранников, дежуривших здесь по его распоряжению, были без сознания и лежали на полу. Вода покрывала мрамор. Было похоже, словно они пили ее, когда упали. Талу оставалось надеяться, что они не были мертвы.
— Слушаю, Лэн.
— Этот мелкий ублюдок, Хассем, говорит, что Халил планирует изнасиловать и убить ее в постели мужа.
Он утверждает, что это Халил. Затем Халил намерен покончить с собой. Он составил записку, где говорится, что королевская семья подтолкнула его к этому. Он пытается нанести наибольший ущерб.
Еще до того, как Дэйн заговорил, они оба устремились к лестнице.
— Насколько надежны эти данные? У нас не так много времени.
У них не было права на ошибку. Каждая секунда их задержки могла стоить Пайпер невыносимой боли. Мысль о том, что она может быть ранена, изнасилована, едва было ему по силам.
— Что ж, сержант, мой пистолет направлен прямо на его задницу, и я пригрозил спустить курок. Он, кажется, испытывает нежнейшие чувства к предмету своей мужской гордости, если вы понимаете, о чем я. Думаю, я просто подержу его здесь, пока мы не убедимся, что он не лжет.
Дэйн продолжал говорить, перепрыгивая разом через две ступеньки.
— Кто присматривает за малышкой?
Алия. Халил действительно продал Алию в рабство.
