Их невинная пленница

Сердце Слэйда бешено колотилось. Порка Ханны было единственным и самым эротическим опытом в его жизни. Это было всем, чего он мог когда-либо желать. Держа ее у себя на коленях, чувствуя ее великолепную задницу, ожидающую жгучую ладонь, сделало Слэйда на десять футов выше. Он шлепал женщин-самбиссивок в клубах, которых потом разделял вместе с Дэксом, но он никогда не чувствовал ничего подобного, как сейчас. Эти женщины не были его, а их порки были для него забавной игрой.

Дисциплина Ханны была важна для них, потому что она была их женщиной, а учить ее, чтобы она подчинялась своим мужчинам, было их обязанностью и удовольствием.

И когда Ханна осторожно раздвинула свои красивые бедра, его сердце переполнилось, потому, как она доверилась им. Теперь они точно никогда ее не отпустят.

Боже, это был конец его жизни.

Он обменялся взглядами с Дэксом, который четко понимал, насколько важным был этот момент. Слэйд скользнул своими руками по ее щекам, опуская их ниже, к ее киске. Ее мокрый крем покрыл его пальцы, делая их скользкими.

От его прикосновения Ханна задохнулась.

Он посмотрел на Дэкса, борясь с улыбкой триумфа.

Слэйд застыл. Команда поступила от человека, которого он и не думал услышать. Лица Дэкса и Слэйда выглядели настолько потрясенными. Они оба повернулись к своему старшему брату. Гэвин хотел увидеть? Возможно, они были ближе к важному достижению, чем думали.

Он схватил Ханну за талию прежде, чем Гэвин мог передумать. Она немного напряглась, но он уронил поцелуй на ее плечо, и она стала сладкой, томной и женственной, пытаясь показать свое доверие к ее мужчинам.

С минимальными усилиями, она позволила ему и Дэксу, поднять ее с колен, и снова усадить себя на его бедра, спиной к нему. Слэйд устроил ее ноги по обе стороны от своих коленей так, что, когда он разводил свои ноги, ее бедра раздвигались с ним в унисон.

Светлые волосы Ханны рассыпались по ее спине, щекоча лицо Слэйда. Она пахла, как персик, и сладкий секс. Ее голова откинулась на его плечо. Она была к нему настолько близка, чем ему когда-либо удавалось добраться до нее.

Объятия, которые он иногда крал у нее, были ничем, по сравнению с объятиями, в которых он сейчас оказался, после ее наказания.

Окутывая ее в своих объятиях, он развернул свое кресло, и оказался перед Гэвином. Его брат, был серьезен, с напряженным лицом и нахмурившимися бровями. Он был совершенно неподвижен, когда его плавящий взгляд обошел Ханну с ног до головы и остановился на ее скользкой и мокрой киске.