Их невинная пленница

- Дорогая, я делаю все возможное, чтобы тебе не было больно.

- Все хорошо. Просто, дай мне всего себя.

Черт, это так его возбудило. Тепло разлилось по его животу, выстрелив ему в яйца. Она собиралась взять его всего. Теперь ничто не сможет его остановить.

С ворчанием, Дэкс немного отвел свои бедра назад, и одним рывком глубоко вошел в ее киску.

После секундного сопротивления, ее плоть разошлась как топленое масло, и он наконец полностью вошел в нее. Ханна ахнула, крепко вцепившись в Слэйда.

- Ханна, теперь ты наша, - пробормотал Слэйд, запуская свои руки в ее волосы и наклоняясь к ее подбородку, чтобы покрыть ее губы собственническим поцелуем.

Дэкс все еще держался, глядя, как она смягчается под поцелуями его брата. В то время, как Дэкс полностью заполнил Ханну, их будущую супругу, своим членом, он воспользовался моментом и насладился чувством гармонии. Но Ханна настолько горячо стянула своими мышцами влагалища его член, что он понял, что долго это не продлится.

- Помоги мне, брат, - сказал он, отчаянно желая, усилить ее удовольствие.

Слэйд отнял руку от одной ее груди и потянулся ей вниз к ее клитору, мягко нажимая на него. Глаза Ханны расширились, дыхание остановилось.

Сказала она с мольбой в голосе, и Дэкс не смог ей отказать.

- Ее клитор твердый и такой мокрый.

- И она так сжимает меня. Я не знаю, сколько еще времени смогу продержаться.

Дэкс почти полностью вышел из нее, но затем одним толчок вновь вошел.

Стенки ее влагалища посасывали его, сжимая и подталкивая все ближе к освобождению.

Он старался выдерживать медленный темп, не позволяя тем самым себе кончить, хотя все его тело сопротивлялось и кричало, чтобы он трахнул ее. Вместо этого, он вошел в нее и снова вышел, так медленно, что его глаза чуть не ввалились в затылок от удовольствия. Черт побери, он был совсем рядом. Его позвоночник покалывало. Его яйца натянулись.

- Ханна, дорогая, кончи для меня.

- Для нас, - прошептал Слэйд.

Его пальцы продолжали кружить вокруг ее клитора.

Член Дэкса вошел в тело Ханны настолько глубоко, насколько это было возможно. Она вцепилась в него ногтями, впиваясь в его руки. Он приветствовал этот небольшой укус боли. Хоть он и любил покорную Ханну, но сейчас он хотел ее дикую натуру.

Он добивался желаемого, когда вкладывал все, что он имел, все, чем он был, в каждое движение, в каждое скольжение внутрь и наружу с неторопливыми усилиями. И Ханна обхватила его своими ногами.