Иллюзия правды. Король крестей

Будешь ли ты оберегать ее? Давать все самое лучшее? Будешь ли заботиться о ней и о ее семье? Ты знаешь, как для цыган важны эти моменты. Сейчас ты должен здесь, при всех, сказать свои слова, доказывая, что ты не передумаешь и будешь заботиться о моей сестре всю свою жизнь.

Наверно, это был самый важный момент. Видно было, как Милош нервничает, но в то же время он держался уверенно и достойно.

– Я люблю Ясмин уже много лет. Разве это не доказательство того, что моя любовь к ней бесконечная? Я буду относиться к ней всю жизнь с большим трепетом.

Буду заботиться о ней и о ее семье. Обещаю, что она никогда не пожалуется на меня и будет жить в любви и достатке. Я буду давать ей все самое лучшее и уже сделал большой шаг, когда устроился на работу. Я хочу зарабатывать сам, поэтому прошу отложить свадьбу до того времени, пока не накоплю на нее, пока самостоятельно не встану на ноги. Мое терпение – самое большое доказательство, что я готов сделать жизнь Ясмин самой лучшей.

София улыбнулась, слыша уверенность в голосе брата. Он держался молодцом.

– Мне бы хотелось, – продолжил Анхель, – чтобы Ясмин жила в цыганском поселке, а насчет твоей работы мы подумаем и, возможно, найдем ее где-нибудь поблизости.

Милош кивнул, соглашаясь на все. Про «Бубамару» София ему ничего не говорила, но брат сейчас явно не хотел перечить Анхелю или был уверен, что тот прав в любом случае.

Потом пришла очередь высказаться бабушке Гюли, которая мило улыбнулась и протянула Милошу тарелку со сладостями.

– Ясмин подобна цветку, который растет в нашей деревне. Мы цыгане, и наши традиции ты знаешь с детства. Будешь ли ты так же их соблюдать и дальше?

– Ваши традиции стали моими традициями. Мне не нужно их изучать, я слишком хорошо знаю цыган и вашу культуру. Она стала мне роднее, чем моя собственная, данная от рождения. Всю свою сознательную жизнь я был с вами и хочу оставаться здесь и дальше.

Софии стало грустно после этих слов. Она не видела Анхеля, потому что его загораживал Милош, но видела бабушку Гюли, сидевшую напротив. Та улыбнулась Софии явно не просто так. То ли почувствовала ее грусть, то ли по своей причине. Ее сложно было понять. Тут же вспомнились все ее слова о будущем: про живот, про кашу… И про женитьбу. Только эти предсказания противоречили друг другу. Женитьба перебивала и кашу, и бедный живот.