Иллюзия правды. Король крестей

Поток желающих поздравить молодых не заканчивался. Наступила очередь Шафранки, которая подошла к молодым вместе с матерью. Она мельком взглянула на молодых и отвела взгляд. София поняла, что девушка плакала: глаза были красными. Ее мать сказала много слов, половину из которых София даже не уловила, а потом цыганка выпила содержимое своего фужера и натянуто улыбнулась. Она льстила. Каждое слово было произнесено через силу и только потому, что она говорила их Анхелю. Он очень уважаем, и если идти против него, то лучше сразу уходить из деревни, но идти ей некуда.

Сенка не глупа, София ей не доверяла. Шафранка не представляла никакой опасности, она еще совсем молода и слишком эмоциональная. София могла ее понять, она бы и сама так плакала на свадьбе Анхеля и Шафранки, если этому было бы суждено произойти. Было даже немного жаль ее.

Когда они отошли от стола, Анхель устало посмотрел на Софию, и та понимающе улыбнулась.

– Еще какой. Разбил девушке сердце, женился на другой, хотя почти обещал ей.

– Даже не было времени извиниться.

Я не успел даже вручить подарок своей сестре, – он закатил глаза, а потом внезапно хитро улыбнулся и прокричал гостям: – Хватит, хватит! Перенесем поздравления на попозже! Невеста хочет танцевать!

София и рта не успела открыть, как он схватил ее за руку и повел в центр площади. Музыка заиграла громко, а девушка оказалась на виду у всех цыган, которые хлопали ей, ожидая танца молодых. Это было безумием, но София была так счастлива танцевать, что забыла про стеснение.

Она вспомнила все движения, которые ей показывала Ясмин.

Встала напротив Анхеля, расставив руки в стороны, и начала двигаться, пытаясь подстроиться под него и ритм. Движения были неспешными, скорее продуманными. София благодарила Бога и длинное платье, которое сковывает и замедляет движения. Цыганские танцы подвижные, а этот получался медленным и чувственным. Сейчас все внимание было устремлено на движения рук. Девушка красиво поднимала их, грациозно дотрагиваясь пальцами до своей головы. При этом руки Анхеля играли свою роль: не касаясь ее, сманивали в танец.

Цыганский танец у мужчин – особый вид искусства. Он всегда более быстрый, но при этом гармоничный. Анхель старался подстроиться под Софию и танцевал медленно. Они не касались друг друга, как это делают в Европе, но не сводили друг с друга глаз. Мир вокруг перестал существовать, и София больше не контролировала свои движения. Взгляд Анхеля смущал, он будто смотрел в душу, но нельзя было отводить глаза.