Иллюзия правды. Король крестей

Расстроившись, она схватила черную кожаную куртку, задумчиво надела ее и еще раз взглянула на себя в зеркало. Только ботинки на толстой подошве пришлись впору.

Пистолет она нашла в комоде на первом этаже, засунула его в сумочку и вышла из дома.

– Софи-и-и-я! Я… люблю… люблю тебя!

Девушка остолбенела, услышав за забором знакомый голос Иво. Надо было зайти в дом, закрыть дверь и переждать, когда он уйдет, но ей стало жаль Иво: судя по голосу, он явно был пьян. Пришлось выйти к машине, тем более она не должна здесь задерживаться.

Иво чуть не упал на нее.

– София! – Он спрятал бутылку за спину и попытался встать прямо, но его качало из стороны в сторону.

– Что ты здесь делаешь? – Девушке пришлось придержать его.

– Я? Вот, – он вытащил бутылку из-за спины и показал ей, – пью. С горя. Спроси: с какого?

– Несложно догадаться, – нахмурилась она. – Прости, но мне надо идти.

Она отпустила его и отошла. Иво сильно покачнулся и завалился в кусты.

– Боги! Иво! – Она пришла ему на помощь, помогая встать.

Он даже посмеялся, а потом закрыл глаза рукой и разревелся.

– Не могу без тебя… Не могу осознать, что моя София больше не моя. Будь проклят этот цыган! Что… что в нем… что в нем лучше? Разве нам… было плохо? Мы так долго были… вместе.

Что-то объяснять Иво было бесполезно. Пьяный человек наутро может и не вспомнить этот разговор.

– Я вызову тебе такси, – она отобрала у него бутылку и откинула к забору, – держись за меня…

– Не надо такси, – он схватился за голову, – я сам дойду.

Ты меня бросила, я брошусь с моста.

– Что ты мелешь? – рявкнула она. – Какой мост?

Она продолжала его держать, но уже было не смешно.

– Иво, послушай… Садись в мою машину, я довезу тебя до дома.

– Поднимешься ко мне в квартиру?

– Нет, – тут же вставила она, – я замужем. Я вышла замуж, Иво. Потому что люблю своего мужа, потому что хочу быть с ним, но я не хочу причинять боль тебе…

– Ты уже причинила… Ты мне изменила с ним.

– Давай не будем вспоминать прошлое.

 – Она повела его к машине, открыла дверь и усадила на пассажирское сиденье, а сама села за руль. Все это ей не нравилось, но на Иво было тяжело смотреть. Отчаяние в его глазах, то, как он сидел, прислонившись головой к окну, вызывало только сочувствие. Она не удивилась, если бы ей сказали, что он пил с той самой ночи, как заявился на свадьбу.

– Иво, – она обернулась к нему, – послушай, жизнь продолжается, просто наши жизни теперь разделились.