Иллюзия правды. Король крестей

Все в Милоше напоминало его! Бесстрашие, грация, манеры, справедливость…

И сердце заныло… Она не могла потерять Анхеля навсегда, надо было срочно спасать его и уже не с помощью адвоката! Дело принимало самый страшный оборот, о котором она боялась подумать.

Милош разоблачен. Теперь выход был только один…

Девушка перевела взгляд в сторону фонтана…

София сидела на кровати в комнате Милоша, а он лежал, уютно устроившись головой на ее ногах. Руки Софии касались бледно-рыжих волос брата, то теребя их, то поглаживая. Глаза Милоша были закрыты, а София смотрела в одну точку – в окно, за которым ночь сменялась утром.

Когда они выпроводили Иво за дверь, напряжение спало. Теперь хотелось сидеть в тишине, не вспоминая о последних часах, не испытывая сожаления из-за прихода Милоша, своего длинного языка и из-за глупого разоблачения. Не хотелось обо всем этом думать.

София вспоминала время, когда брат был маленьким и она водила его в школу, спорила с ним по мелочам, иногда ругалась, иногда целовала, прижимая к себе.

Пальцы нежно касались волос брата, и София улыбалась. Зато теперь Милош с ней, и скоро он переедет обратно в этот дом. Она только поможет Анхелю, разберется с золотом, и можно будет спокойно жить вместе.

Она долго просидела в одной позе, боясь нарушить сон Милоша. Хотелось задать ему много вопросов, о чем она не рисковала спрашивать все эти месяцы: о Ясмин, о его чувствах к ней, об Анхеле…

Рос ли счастливым ее брат? Возможно, да, а возможно, нет.

Она просидела так, витая в своих мыслях, до тех пор пока не показались первые лучи солнца. Восход был сигналом к началу важной операции. И не одной!

Она аккуратно подвинула Милоша, положила его голову на подушку и встала, направляясь к окну.

София не спала всю ночь, просто сидела и размышляла. А еще она скучала. Что греха таить, она представляла минуты, когда сможет обнять Анхеля.

Окно Милоша выходило на оживленную дорогу, по которой уже начали ездить машины: люди добирались на работу или спешили по делам. Она улыбнулась и направилась к двери. Выйдя из комнаты брата и оставив его лежать на небольшом детском диване, купленном специально для него еще лет пятнадцать назад, она зашла в свою комнату. Ее окно выходило на задний двор, на участок, где стоял дом цыган.