Иллюзия правды. Король крестей

Михей мило улыбнулся, слегка кивнул и вышел со двора. София перевела взгляд на Йовану, которая уже усадила Йона на скамейку и осматривала его повязку. Что она там исследовала, сложно было сказать, но выглядело это мило.

Чтобы не отвлекать ее от дела, София решила проскользнуть в дом. Она знала, что не была здесь желанным гостем, но, пока нет Анхеля, есть возможность поговорить с Ясмин.

Дом встретил Софию грохотом, доносившимся с кухни, гостиная была пуста. Скорее всего, Ясмин готовит обед. Отлично, есть вероятность не встретиться с бабушкой Гюли.

Девушка прошла на кухню и вздрогнула: посудой громыхала не Ясмин, а бабушка. Старушка обернулась к Софии.

– Добрый день… я к Ясмин, – пробубнила София от неожиданности и указала на выход из кухни, желая уйти.

– Не к той свадьбе готовитесь, – произнесла бабушка загадочную фразу.

София тут ж забыла, за чем пришла. Слова этой цыганки опять ввели ее в замешательство.

Бабушка просверлила ее усталым взглядом, а потом перевела его на дверь. София спиной ощутила, как кто-то зашел.

– Добрый день, я испекла Анхелю сладкое печенье с орехами. Знаю, что он его любит.

Ошарашенная София обернулась на голос и увидела молодую цыганку с полной тарелкой печенья в руках. Девушка была стройна, красива, с черными как уголь волосами, разметавшимися по плечам. Ее большие карие глаза были ярко накрашены, отчего становились еще больше. Но, несмотря на яркий макияж, лицо девушки было совсем юным.

– Шафранка, он еще не вернулся, но я передам, а лучше подожди его здесь, он скоро должен приехать.

Все эти слова роем закрутились в голове Софии: Шафранка, печенье, подождать Анхеля… Наверное, все эмоции, от удивления до пренебрежения, читались на лице Софии. Шафранка тоже не смогла скрыть свою неприязнь: она окинула Софию высокомерным взглядом и натянула улыбку:

– Нет, бабушка, у вас гости, я зайду позже, когда Анхель приедет, но вы передайте, что я заходила, вдруг он захочет прийти ко мне сам.

София осталась стоять с кучей мыслей и вопросов, ответы на которые ей явно никто здесь не даст.

Как только они остались с бабушкой Гюли вдвоем, София вновь взглянула на женщину, пытаясь скрыть свою обиду. Нельзя показывать, что это ее задело. Но голову не покидали слова бабушки насчет свадьбы.