Даже когда к нам на базу однажды заехал президент поздравить с успешным выступлением, — хорошо мы тогда нос утёрли англичанам, политически вовремя — я с радостью построилась одной из последних и старательно пялилась в пространство, чтобы ни дай бог ни с кем из свиты взглядом не пересечься. Девочки потом друг другу хвастались, каких спонсоров себе завели, а мне такое банально претило. Если уж лезть вверх, то за счет зубов и когтей, а не чьей-то постели.
Или вот, как тут, храма.
Король даже прислал за нами личную карету с гербом.
Посмотреть на то, как мы с Кестером уезжаем, собралось полквартала. Тревога моя от этих проводов только усилилась — ощущение было, что прощаются с нами насовсем.
Мимо королевской резиденции мы дважды прошли вечера с Сондрой. Трехэтажное здание с колоннами, открытыми арочными анфиладами и декоративными башенками, напоминающее солидный особняк, было огорожено высокой каменной стеной с пиками поверху. В редкие узкие прорези в изгороди, похожие на бойницы, были видны прогуливающиеся с собаками охранники.
Все как у нас на какой-нибудь вилле наркоторговца или политика.
Карета остановилась прямо у крыльца. Ни собак, ни охранников видно не было, зато нас встречали двое почтительных лакеев в униформе и белых перчатках. Кестер меня им не доверил, сам протянул руку и помог спуститься с трёх каретных ступенек на мощеный камнем двор.
Слуги повели нас длинными коридорами, парадными залами, картинными галереями… и этому пути, казалось, не будет конца. Компактный с виду дворец был построен настолько хитро, что блуждать в нем без провожатых можно было неделями.
То ли меня пытались впечатлить богатством, то ли запугать мощью, но ни того, ни другого не добились. Наоборот, пока ноги отмеряли километры, голова пришла в порядок, в мыслях наступила кристальная ясность и концентрация, как перед стрельбищем. «Вижу цель, не вижу препятствий» — как называет это мой тренер.
Нам нужно пережить сегодняшний приём и желательно выйти отсюда вдвоём и в целости. Значит, будем импровизировать и пытаться выторговать максимум.
Пустынные коридоры наконец закончились, через широко распахнутые двери нас провели в огромный, богато украшенный зал. Гладкая алая ковровая дорожка начиналась под нашими ногами и полосой устремлялась к небольшому возвышению — на полметра, не больше. На нем стояли кресла с высокими спинками для короля и королевы. Их сыновья, как я знала из сплетен, еще слишком малы, чтобы принимать участие в торжественных церемониях.
