– Только почему же мы убили? Ты его убил, малыш.
– Я? – переспросил Андрей.
– А кто же? Нож с твоими пальчиками – имеется, да и наследил ты по квартире немало. Если милиция будет разбираться и найдет отпечатки, то к кому они придут? Правильно, к тебе. Ты, конечно, можешь сказать, что не убивал, что тебя, как говорят в фильмах, подставили! Но, боюсь, тебе никто не поверит.
Бондарев с минуту смотрел на него. Потом глухо спросил:
– Марк, зачем тебе это?
– Как зачем? – удивился тот. – Ты, малыш, не в куличики поиграть пришел.
У нас другие игры. И соскочить с них ты можешь, только если я тебя отпущу. Мало ли что тебе в голову придет! Может, завтра ты решишь сдать Марка Паулса вместе со всеми его друзьями-приятелями! Придумаешь, что мы вместе казино ощипывали… Или к хозяевам рулетки придешь, предложишь показать, кто и как чистит им покерные столы. Бывали уже такие случаи, людей за копейку сдавали. Нет, малыш, такой фокус у тебя не выйдет. А попробуешь – отправишься на зону. Мне тебя выгораживать резона не будет.
– Я бы и так этого не сделал… – проговорил Андрей.
– Так бы не сделал, – Паулс подчеркнул «бы», – а теперь точно не сделаешь. Иди спать, Андрюша, завтра в столицу поедем.
Глава 3
По рынку плыла длинноволосая девица в короткой кожаной курточке. Хлопала ресницами, выдувала пузыри жвачки, ненадолго задерживалась возле развалов.
– Что ищешь, красавица?
– Девушка, чем вам помочь?
– Да вы примерьте!
Наконец она остановилась возле пестро одетой продавщицы цыганского вида, сидевшей в окружении мехов.
– Я хочу шубку, – капризно сказала красавица, и продавщица вскочила:
– Какую тебе, слушай? Любую выбирай! До того все хорошие! Посмотри, какой мех, пощупай!
Наманикюренными пальчиками девица осторожно трогала мех, поджимала губки. Цыганка бесом вилась вокруг нее, поблескивала золотыми зубами:
– Скажи, что хочешь, – все подберем! Так оденем тебя – твой мужчина ахнет! Упадет и станет ноги целовать!
– Норку хочу, – решила девица. – Нет, рысь! Вот с таким воротником.
И она показала, с каким.
Продавщица проворно стащила шубу с вешалки, выбрала ту, где мелкие кусочки меха были сшиты кое-как: покупательница все равно ничего не смыслит в шубах, ей можно подсунуть любое барахло.
– Посмотри, какая красота! – залилась она соловьем, поднося шубу на вытянутых руках. – Твой размер, вижу, как влитая сядет! Повесь курточку сюда, надевай шубку!
Девица кивнула и вынула из кармана курточки пачку купюр, перетянутую резинкой.
