Оказавшись на кухне, наливаю себе кофе и открываю холодильник, чтобы достать молоко.
Переставляю несколько коробок, но нахожу только миндальное молоко. Нахмурившись, морщу нос и внимательно изучаю этикетку. Миндальное молоко?
Джордан. Я закатываю глаза, откручиваю крышку и принюхиваюсь.
– Хм…
А пахнет неплохо.
Пожимаю плечами и добавляю в кофе.
Взяв в одну руку кружку, засовываю другую в карман, прислоняюсь к стойке и дую на кофе.
На лестнице раздаются шаги Джордан, и мой желудок сжимается. На мгновение зажмуриваю глаза, чтобы собраться с силами.
Она влетает на кухню, но замирает, поднимает глаза и встречается со мной взглядом. Это длится лишь секунду, но она успевает одарить меня быстрой, отрывистой полуулыбкой, прежде чем обойти стол и стащить со стула свою сумку с учебниками.
Кажется, Джордан торопится.
– Прости за вчерашнее, – выдавливаю я, понимая, что чем скорее мы разберемся с произошедшим, тем быстрее вернемся к привычной жизни. – Это моя вина, и подобного больше не повторится. Хорошо?
Ее движения замедляются, но глаза мечутся из стороны в сторону, пока она роется в сумке, стараясь не смотреть на меня.
Застегнув молнию, Джордан выпрямляется и, подойдя к холодильнику, открывает дверцу.
– Мне пора идти, – говорит она.
Я настороженно наблюдаю за ней. Она не выглядит сердитой. Скорее, нервной. Может, она ждала, что я предприму, чтобы решить, как с этим справиться.
Или, вполне возможно, собиралась вести себя так, будто ничего не произошло. А может, она и вовсе сожалеет об этом.
Жалею ли я?
Да, конечно, жалею.
Но в то же время мне очень понравилось. И желание затащить ее в постель, где я мог бы наслаждаться каждой секундой и каждым сантиметром ее тела, больше походило на предвкушение райского наслаждения. Я хотел этого. И не собирался отступать.
Так что вряд ли я остановился бы. Мои мышцы ноют от одной только мысли о том, на что я готов пойти, чтобы наслаждаться каждым мгновением с ней.
Ведь даже если забыть о Коуле, Джордан все же вдвое моложе меня.
И это неправильно.
– Ты красивая девушка, Джордан, – почти шепотом говорю я. – Но ты слишком молода.
Джордан замирает у холодильника в двух шагах от меня, и я вижу, как она сглатывает. Она такая красивая. Ее чистые волосы струятся по спине, макияжа почти не видно, лишь на губах виднеется розовый блеск…
– Я забылся, – объясняю я. – Мы оба сейчас одиноки, а мне так нравится, что ты здесь, что я немного увлекся. Это больше не повторится.
Она кивает и опускает глаза.
